Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице
Дом авиаторов на Беговой улице

Перетащите человечка в правом нижнем углу карты на нужный участок, чтобы перейти в режим просмотра улиц.

Дом авиаторов

Дом авиаторов, дом-сороконожка, дом-осьминог или дом на ножках — известный жилой тринадцатиэтажный панельный многоквартирный дом, из железобетонных блоков нестандартной габаритности заводского изготовления, который покоится на 20 парах мощных железобетонных опор-ног. Их особенность в том, что они сужаются к основанию так, что два человека спокойно могут обхватить одну опору. Построен архитектором Андреем Меерсоном и его коллегами в 1978 году, в канун Летних Олимпийских игр 1980 года.

Строительство дома (1978 год) Первоначальный макет дома (16 этажей) Дом построен в 1978 году (в канун Олимпиады-80) по индивидуальному проекту архитектора Андрея Дмитриевича Меерсона. Изначально дом строился как гостиница для нужд проведения Летних Олимпийских игр 1980 года в Москве. Было запланировано строительство 16 этажей, поверх железнобетонных ног, высота которых около 3 полноценных этажей, но по факту дом оставили тринадцатиэтажным и достраивать не стали по технологическим причинам. Строительство дома по первоначальному проекту планировалось на берегу Химкинского водохранилища, недалеко от станции метро Водный стадион и по соседству с другим творением Андрея Меерсона - четырех жилых 16-ти этажных кирпичных башен на Ленинградском шоссе на месте построенного в наши дни жилого комплекса "Город Яхт". Дом авиаторов на Беговой улице (1973—1978) и жилые 16-ти этажные башни на Ленинградском шоссе (1978—1982) - одни из первых проектов архитектора Меерсона.

Тринадцатиэтажный дом имеет длину по фронту 130 метров. Фасад разбит на три широкие секции по 9 квартир в каждой. Стеновые панели располагаются внахлест друг к другу, а нижняя часть дома (между первым этажем и железобетонными опорами) представляет собой монолитное железобетонное основание в виде перевернутой равнобокой трапеции, крепившееся на ноги-опоры. Интересной особенностью является то, что весь основной жилой массив здания водружен на 20 железобетонных брусьев, каждый из которых располагается непосредственно над опорой. Помимо 13 этажей, дом имеет 2 этажа технических: один этаж располагается под ногами дома, а второй находится между последним жилым этажом и крышей. Дом имеет 3 подъезда. Нулевые этажи трёх подъездов(фактически это первые этажи) вынесены отдельными сооружениями от самого дома и соединены с ним лишь лестничными и лифтовыми шахтами. Дом стоит на сужающихся к низу ножках-опорах, что визуально ещё больше усиливает эффект «ненадёжности конструкции».

Следы деревянной опалубкиВ здании имеется 3 незадымляемые лестничные шахты-пролеты (по одной на каждый подъезд) овальной формы, имеющие по 13 незадымляемых лестничных клеток, вынесенные за пределы «тела» дома, типа H1 — с входом в лестничную клетку с этажа через наружную воздушную зону по открытым переходам, при этом должна быть обеспечена незадымляемость перехода через воздушную зону в случае ЧП[1]. Незадымляемые лестничные клетки вынесены за пределы здания и соединены незадымляемой наружной воздушной зоной (лестничная шахта) по открытым переходам. Эта система расположения лестничной шахты полностью безопасна при эвакуации жильцов жома в случае пожара и/или сильного задымления.

Плоскости овальных лестничных шахт-пролетов прорезаны вертикальными рядами небольших окошек-бойниц. Они до сих пор хранят грубые следы деревянной опалубки, которой пользовались строители при строительстве дома. Такая облицовка внешних стен лестничных клеток придает зданию особый эффект архитектурного стиля брутализм.

Кровля дома 34 по Беговой улицеДом имеет мягкую плоскую кровлю, оборудованную системой внутреннего водоотвода. Необходимость установки защитно-улавливающих решёток (ЗУР) на нижних этажах здания проектом не предусмотрено. Большую опасность несет образование сосулек и наледи на козырьках лоджей 13-го этажа здания, установленных самостоятельно жителями квартир. ГУП ДЕЗ района Беговой собственникам и нанимателям квартир в зимний и ранневесенний период выдается предписание о необходимости очистки козырьков лоджий от снега и наледи. Проход под балконами и лоджиями огораживается.

Свой «дом-сороконожку» сами жители называют ещё и «избушкой на курьих ножках». Прозвище «сороконожка» пошло от того, что он стоит на 40 опорах (20 пар). Тринадцать этажей покоятся на стройных и мощных железобетонных опорах. Их особенность в том, что они сужаются к основанию, также из-за обилия поддерживающих опор, напоминающих щупальца, москвичи прозвали его ещё и «домом-осьминогом». Свободное пространство под зданием используют для автостоянки.

Версия, что дом «оторван от земли, чтобы не скапливались выхлопные газы», популярна, но несостоятельна. Хотя, вероятно, другие дома «поднимали на ноги» именно с этой целью. Здесь же интенсивного движения рядом с домом не было до постройки Третьего кольца. Проект изначально предполагал размещение дома вдоль набережной Москвы-реки, а «ноги» открывали проход к набережной и позволяли свободно циркулировать потокам влажного воздуха. Но к Олимпиаде футуристический дом было приказано поставить на видном месте — на главном въезде в Москву.

Это самый первый дом с применением монолитного железобетона в СССР.

И как не старались авторы «сороконожек» придать своим творениям неповторимую индивидуальность, дабы избежать причесывания под хрущевско - брежневскую гребенку, им это так и не удалось, ибо здания все же не стали изящными и красивыми постройками, радующими глаз. Все эти позднесоветские попытки перебороть унылую повседневность типового строительства и найти нестандартный проект жилого дома, в конце концов, нашли свое воплощение все в тех же хрущевских и брежневских коробках, с той лишь разницей, что коробки обрели «ноги». Меткое название «сороконожки» оказалось вполне оправданным, так как лишь при одном взгляде на эти дома невольно ловишь себя на мысли, что они сейчас побегут. При этом и сами здания остаются уродливыми гигантами, усеянными маленькими окошками и унылыми длинными балконами.

Кирпичные постройки, в 70-80-е годы составлявшие относительно небольшую часть объема строительства в сравнении с крупнопанельными, выделялись как некий особый жанр орхитектуры, тяготеющий к индивидуальности и лиричности. Противоположным полюсом образности стали здания, близкие скорее к брутализму, чем к нефункционализму. В их числе - 15-этажный дом на Беговой улице в Москве (1973-1978, А.Д. Меерсон и др.). Мощная пластина поднята на высокий «стол», ограждений балконов, консолей, которые их несут. Панели наружных стен навешены на каркас «внахлестку», подобно гигантской черепице. Это предохраняло стыки от дождевой воды и обнаружило весомость стены. К лифтовым холлам через открытый переход присоединены эвакуационные лестницы, заключенные в овальные бетонные шахты, - они определяют крупный ритм фасада, обращенного к магистрали. Драматизированная «игра мускулами» этой архитектуры имела параллели в эстетике московского художественного «андерграунда» тех лет.

После окончания строительства, квартиры в новом доме давали заслуженным работникам Московского машиностроительного завода «Знамя Труда». После заселения жильцов, дом прозвали «домом авиаторов».

Первый «дом на ножках» в Москве появился в 1928 году. Гигантов «на ножках» в столице несколько, но наиболее примечательны три из них. Это «дом-корабль» («титаник», или «дом атомщиков») на Тульской, дом «сороконожка» на Беговой и дом рядом с гостиницей «Космос» на ВДНХ.

Пожалуйста, сообщите нам, если место уже не актуально или имеет неточное описание!