Атмосфера мест
Сегодня 05.07.20 в Москве 21°, восход солнца в 03:51, закат в 21:16

Домовая церковь Преп. Сергия Радонежского при Окружной психиатрической больнице

Приехав на фотосъемку одного из подмосковных храмов, который еще несколько лет назад пребывал в руинированном состоянии, увидел что при реставрации храма была воссоздана лепнина, уничтоженная варварскими перестройками советских времен. После этого стало интересно, каким образом реставрируется и изготавливается лепнина, каковы цены на лепнину и насколько реально украсить красивым лепным декором собственный дом.

Описание


В 1907 г. в с. Троицком открылась окружная психиатрическая больница с домовой церковью Преподобного Сергия Радонежского. В начале XX в. в больничном храме служил священник Николай Павлович Иванов.

В 1893 г. в семье священника родился сын Иван.

В 1909 г. он окончил Перервинское Духовное училище и в 1915 - Московскую Духовную семинарию. Обстоятельства связанные с постройкой больницы изложил в своих «Воспоминаниях» московский губернатор В.Ф. Джунковский: «1907 г. 24 октября состоялось освящение Московской окружной лечебницы для душевнобольных, состоявшей в ведении Министерства внутренних дел. Больница эта была построена при селе Троицком в Подольском уезде. Мысль о создании этой лечебницы возбуждена была еще в 1867 г. московским губернатором.

Основной задачей больницы предположено было обслуживать Московскую и 9 прилегающих губерний, призревая главным образом иногородних по отношению к Москве больных, а равно поступавших по требованию судебных и административных властей.

В 1900 г. население обслуживаемого округа исчислялось в 13 000 000 человек, а количество душевнобольных среди них 20 000 человек, из коих около 30 % составляли «больные с затяжными формами душевного расстройства, по характеру своих болезненных припадков представлявшие, вне специального призрения, безусловную опасность для окружающих, и для самих себя».

Призрение этой категории больных признано было лежащим на обязанности государства. Эта категория больных имела также особое значение для государства, так как в ряду этих больных чаще всего встречались преступники, освобожденные судом от наказания по невменяемости, испытуемые по распоряжению суда и воинских присутствий и, наконец, помещаемые для пресечения их вредного влияния на окружающую их среду. В план устройства лечебницы для такого рода больных и вошла широкая постановка дела не только лечения, но и общего воспитания больных, в смысле так называемого «дисциплинирования», т. е. выработки в них общительности, доверчивости и привычки к труду.

Место, выбранное для Окружной лечебницы, по моему мнению, было неудачно: во-первых, ближайшая железнодорожная станция Столбовая» была не узловой станцией, к которой можно было бы без пересадки доставлять больных из разных мест; во-вторых, от станции до больницы было 10 верст частью шоссированной, и частью грунтовой дороги, и способ доставки больных был очень неудобен; в-третьих, отдаленность лечебницы от крупного рынка должна была отразиться на стоимости всего потребляемого населением лечебницы. Перед открытием лечебницы, еще за полгода, по моему настоянию Министерством внутренних дел была назначена ревизионная комиссия, а через три месяца — приемочная; в обе комиссии вошли и мои представители во главе с состоявшим при мне Г. И. Апариным, человеком, которому я безусловно доверял и считал очень опытным в строительном деле.

Согласно актов этих комиссий все дефекты, найденные мною год тому назад и о которых я доносил министерству подтвердились. От этого, конечно, было не легче, так как многие дефекты исправить уже нельзя было, как например, отсутствие помещений для персонала низших служащих на 300 приблизительно человек, а с семьями и до 1500. Уже после заключения этой комиссии главный медицинский инспектор действительный статский советник Малиновский поднял вопрос о переделке под квартиры для служащих части совершенно неприспособленных подвальных помещений, которые проектировались и строились нежилыми. Вообще, к сожалению, пришлось констатировать факт необычайного легкомыслия, с каким решалось и осуществлялось дело постройки такого крупного сооружения, как эта лечебница.

Из ознакомления с возражениями главного инженера по поводу моего заключения, а также и с авторитетными отзывами со стороны председателя медицинского совета тайного советника Рагозина и бывшего главного медицинского инспектора тайного советника фон Анрепа можно было вывести одно заключение: дабы парализовать впечатление, произведенное моим заключением по поводу упущения и ошибок в производившейся в то время постройке лечебницы, было пущено в ход все — от отрицания со стороны главного инженера фактов, которые вновь были констатированы работами последней комиссии, до перенесения центра тяжести на почву чисто личную.

Усилия высших представителей медицинского надзора увенчались, успехом, и поднятый мною вопрос о немедленном принятии мер могущих гарантировать правильное выполнение строительных работ, был признан возбужденным без достаточных оснований и потому был в то время погребен, и делу постройки лечебницы предоставлена была полная возможность идти прежним путем. Когда же постройка была уже почти закончена, то конечно, никакие комиссии уже не смогли исправить сделанного, а могли только констатировать упущения и ошибки.

Досадно было то, что если бы полтора года до открытия лечебницы сторона, наиболее заинтересованная в целесообразном сооружении лечебницы — ведомство Медицинского департамента, пришло на помощь посильным моим стремлениям и обстоятельно потрудилась бы над выяснением истинного положения дела, то никто не был бы вправе сказать, что высшие представители медицинского надзора в лице тайных советников Рагозина и фон Анрепа виновны наравне с главным инженером в том, что центр России, давно и настоятельно нуждавшийся в лечебнице для душевнобольных, будет иметь ее не удовлетворяющую современным научным требованиям.

Директором лечебницы назначен был доктор медицины Колотинский — человек, по-видимому, очень хороший, добросовестный опытный и весьма ретиво принявшийся за дело. Но условия были так трудны, что надо было удивляться, как он еще справлялся с делом. Входя в его положение, я всячески старался ему прийти помощь и дал ему разрешение обращаться ко мне постоянно всякое время по телефону».

В 1910 г. в Троицкой окружной психиатрической больнице побывал, гостивший у Владимира Григорьевича Черткова в усадьбе Отрадное, великий писатель граф Лев Николаевич Толстой.

После революции больничный храм был закрыт и разорен.

Церковь Преподобного Сергия при больнице была переоборудована под клуб.

В наше время в храме совершаются богослужения, храм восстанавливается.

Гостиница Аструс Москва

Московская обл., с. Троицкое

Отзывы

Прокомментируйте первым...

Я не робот

Отслеживать комментарии в этой статье