Атмосфера мест

Церковь Спаса Нерукотворного Образа

На Благовещенском кладбище ведётся строительство храма-часовни Святого праведного Лазаря епископа Китийского.


Село упоминается впервые в писцовых книгах ещё в XVII в. Называлось оно тогда «хутор Абрамово близ Хотькова монастыря». Усадьба на р. Воре основана Фёдором Ивановичем Головиным, о её существовании известно с 1755 г. Головиным Абрамцево принадлежало до 1782 г. Новый владелец Л.В. Молчанов построил в конце XVIII в. деревянный дом с мезонином, разбил парк и выкопал пруды.

До 1841 г. усадьбой владели его наследники, потом В.В. Неведомский.

В 1843 г. она была куплена Сергеем Тимофеевичем Аксаковым (1791-1859), классиком русской литературы, написавшим здесь свои основные произведения «Семейная хроника», «Детские годы Багрова-внука», «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии» и «Записки об уженье рыбы».

В 1857 г. был опубликован рескрипт императора Александра II, предписывавший образовать в губерниях комитеты из представителей дворянства для разработки проектов крестьянской реформы. Сергей Тимофеевич сразу известил оренбургского предводителя дворянства о своём желании освободить крестьян, не дожидаясь окончательного решения вопроса.

Грядущая реформа взволновала его. В детстве он много слышал об ужасах пугачёвщины.

Усадьбу для отца нашёл сын, Григорий Сергеевич (1820-1891, окончил Училище правоведения, до 1843 г. служил секретарём в московских департаментах Сената, в 1861-1865 гг. оренбургский губернатор). При С.Т. Аксакове Абрамцево стало местом встреч многих выдающихся людей. Пять раз здесь гостил Николай Васильевич Гоголь (в первый раз приехал 14 августа 1849 г., прожил четыре дня и читал хозяевам 1-ю главу 2-го тома «Мёртвых душ»). Здесь бывали М.Н. Загоскин, М.С. Щепкин, историки Т.Н. Грановский и М.Н. Погодин, братья Иван и Пётр Киреевские, СП. Шевырев, Ф.И. Тютчев, А.С. Хомяков, И.С. Тургенев. Часто бывал сын Сергея Тимофеевича, Иван Сергеевич Аксаков (1823-1886), чиновник МВД, секретно изучавший раскольничьи секты.

В 1849 г. он был арестован, поводом послужили неосторожные выражения в письмах к родным, вскрытых полицией. Под арестом он был с 18 по 22 марта 1849 г. Ответы арестованного на вопросы III отделения читал Николай I, он сделал пометы на полях и, возвращая бумаги начальнику III отделения А. Ф. Орлову, написал на них: «Призови, прочти (заметки царя на полях), вразуми и отпусти». Через 10 лет вспоминая о своём аресте, И. Аксаков писал: «Со мной лично он (царь) поступил очень благородно... Я был выпущен с великим почётом, но его система преследовала меня до самой его кончины, т.е. созданные им жандармы тяготели на мне надзором, доносами и т.д.». В 1851 г. в ответ на предложение министра «прекратить авторские труды» Иван Аксаков вышел в отставку. С начала 1860-х гг. И.С Аксаков - ведущий славянофильский публицист, он издавал газеты «Парус» (закрыта правительством), «День», «Москва» (закрыта правительством), «Русь».

Его призыв «русским быть русскими» означал страстное желание, чтобы русские знали свою страну, прониклись её духом, утратившие возродили в себе чувство национального достоинства, перестали быть в духовном рабстве, в лакействе у Запада.

За выражение в печати несогласия с Берлинским договором (пересмотр с участием европейских держав русско-турецкого мирного договора 1878 г.) И.С. Аксаков был снят с поста председателя Московского славянского общества, выслан из Москвы, а общество закрыто.

В Европе его считали творцом восточного кризиса 1875-1878 гг., разрешившегося Русско-турецкой войной и освобождением славян. Как руководитель Славянского комитета, он снарядил добровольцев генерала Черняева и отправил их в Сербию для борьбы с турками. Эти русские отряды стали костяком сербской армии. Во время войны именно Аксаков позаботился о вооружении болгарского ополчения (приобрёл 20000 ружей), даже форма ополченцев, называвшаяся «пехотной болгаркой», была придумана им. Используя знакомство с директорами железных дорог, он добился бесплатного провоза военного снаряжения. Болгарских ополченцев называли «детьми Аксакова». Его популярность среди славян, особенно в Болгарии, была так велика, что болгарское юношество выдвинуло его кандидатуру на болгарский престол.

Большая семья Аксаковых была очень дружной. Кроме сыновей у Сергея Тимофеевича и его супруги Ольги Семёновны были дочери Мария, Ольга, София, Надежда, Любовь, Вера.

Вера Сергеевна Аксакова (1819 — 1864) всю жизнь провела в семейном кругу, восприняла славянофильские настроения брата Константина, на которого походила сознанием ответственности за порученный «трудный подвиг жизни» и непосредственностью душевных реакций, с 1839 г. была лично знакома с Гоголем. События 1854-1855 гг. нашли отражение в её «Дневнике».

После смерти С.Т. Аксакова (1859 г.) усадьба опустела. Через два года умер от скоротечной чахотки старший сын Константин Сергеевич (1817— 1860), публицист, критик, поэт, лингвист, историк. Детские годы он провёл в оренбургских имениях отца, патриархальный уклад которых стал для него идеалом социального устройства, уже в раннем возрасте обнаружил «все те инстинкты, которые потом... развились в так называемой славянофильской системе».

В 1835 г. он окончил Московский университет со степенью кандидата словесного отделения, в 1847 г. защитил магистерскую диссертацию «Ломоносов в истории русской литературы и русского языка».

В 1840 г. Константин Сергеевич познакомился с А.С. Хомяковым, под его воздействием укрепился в своих славянофильских убеждениях, но был не согласен с ним по одному существенному вопросу. Трактуя «богоизбранность» России (её призвание - сохранить православие, истинное христианство, во всей его полноте для остального человечества) преимущественно как национальную и этническую прерогативу, К. Аксаков наделял в ряде случаев сакральным характером само историческое бытие и даже быт русского народа, «христианского не только по исповеданию, но по жизни своей, по крайней мере, по стремлению своей жизни», а также отечественную историю в целом: «Она может читаться как жития святых».

А.С. Хомяков говорил о православии Аксакова как о «подчинённом народности». Аксаков полагал православную веру «высшим и даже - всем смыслом» жизни народа. Пока сохраняется в народе вера, «дотоле революция в русской земле невозможна». К. Аксаков ходил в русской одежде и даже был за это задержан полицией.

Смерть отца, которого он очень любил и с которым почти не разлучался, ввергла Константина Аксакова в тоску; человек богатырского телосложения, он заболел чахоткой, от которой вскоре скончался.

Вдова Сергея Тимофеевича, Ольга Семёновна, с больной дочерью Любовью Сергеевной жила в Москве.

В 1870 г. другая дочь, Софья Сергеевна, продала Абрамцево Савве Ивановичу Мамонтову (1841-1918), потомственному почётному гражданину, мануфактур-советнику, строителю Московско-Ярославской железной дороги и покровителю искусств. Обустраивая усадьбу, Мамонтовы постарались сохранить всё, как было при Аксаковых. 1870-е гг. были временем поиска национального стиля в архитектуре, музыке, живописи.

В 1880-е гг. в Абрамцево вновь кипела жизнь, полная художественных начинаний.

Савва Иванович привлекал своей неуёмной энергией, необычайным организаторским талантом. Влюблённость в искусство, гостеприимство, доброта Мамонтовых, сама природа Абрамцева притягивали многих художников. Здесь часто гостили И.Е. Репин, В.А. Серов, братья Васнецовы, В.И. Суриков, В.Д. Поленов, скульптор М.М. Антокольский. Бывали и певцы (в том числе Ф.И. Шаляпин), деятели театра (К.С. Станиславский, М.Н. Ермолова), музыканты, писатели.

Открытие в Абрамцево в 1882 г. художественно-столярной мастерской Елены Дмитриевны Поленовой (1850-1898) положило начало возрождению народного промысла резьбы по дереву. Появилась гончарная мастерская, в которой пробовали свои силы многие художники: В.Д. Поленов, В.А. Серов, сын СИ. Мамонтова Андрей, К.А. Коровин. В.М. Васнецов, А.Я. Головин. Увлёкся керамикой и сам Савва Иванович. Целую зиму прожил в Абрамцеве, работая в гончарной мастерской, Михаил Александрович Врубель (1856-1910) и даже назвал фарфор высшим из искусств, его майоликовое панно «Принцесса Грёза» и сейчас украшает фронтон гостиницы «Метрополь» в Москве, напротив Большого театра.

В 1883 г. по эскизу В.М. Васнецова построена «избушка на курьих ножках».

Попечением Е.Г. Мамонтовой открыта школа грамотности. В Абрамцеве прошло детство сына Саввы Ивановича, Сергея Саввича Мамонтова (1867-1915), да и впоследствии он жил рядом, на даче Яснушка. Он был журналистом, драматургом, театральным и художественным критиком, поэтом, воином. Окончив Николаевское кавалерийское училище, он прослужил четыре года корнетом в Гродненском гусарском полку и по болезни вышел в отставку.

В 1890-х -1900-х гг. с фотоаппаратом объездил Россию, Германию, Францию, Италию, Грецию, результатом стала книга «Были и сны».

В 1903 г. корреспондентом газеты он отправился на Дальний Восток, где стал свидетелем начала Русско-японской войны, командовал казачьей частью в сражении под Ляоляном, был ранен, награждён орденами. Война наложила глубокий отпечаток на мировосприятие Сергея Саввича, постоянной темой его произведений стали цена человеческой жизни, равнодушие общества к человеческим страданиям и смерти. Из его пьес наибольшим успехом пользовалась хроника трёх поколений «В сельце Отрадном» (Малый театр, 1905-1906). Для его критических работ характерно неприятие русского модернизма.

С 1914 г. находился в действующей армии. В 1915 г. скончался от воспаления почек в госпитале. Похоронен в Москве на братском кладбище (уничтожено в советское время).

В 1899 г., по интригам чиновников, Мамонтова заключили в тюрьму, обвиняя в незаконном использовании денег возглавляемого им железнодорожного акционерного общества. Вскоре его освободили из-под стражи под домашний арест. Савва Иванович и под арестом творил, работал над планом постановки оперы «Ожерелье», лепил бюсты всех частных приставов, которых присылали охранять его. В июле 1900 г. начался суд, Мамонтова защищал известный адвокат Плевако. Савва Иванович был оправдан, но заключение в тюрьме и остановка в делах привели к разорению. Ещё раньше он передал Абрамцево своей жене Елизавете Григорьевне, которая завещала усадьбу своим внукам, детям дочери Веры Саввишны, вышедшей замуж за Александра Дмитриевича Самарина (1868-1935, в 1915 г. обер-прокурор Святейшего Синода).

Церковь Спаса Нерукотворного Образа построена в 1880-1882 гг. по проекту Виктора Михайловича Васнецова (1848-1926). Над её внутренним украшением также работали Василий Дмитриевич Поленов (1844-1927) и другие члены абрамцевского кружка. Появившийся задолго до внедрения неорусского стиля в строительную практику, этот храм обладал всеми его признаками, Васнецову удалось создать новый стиль.

Виктор Михайлович признавался: «Впервые при постройке абрамцевской церковки почувствовал я сладость архитектурного творчества». Он вспоминал: «Идея соорудить церковь, вероятно, была Елизаветы Григорьевны, человека глубоко религиозного. В.Д. Поленов предложил взять за образец новгородский храм Спаса Нередицкого. Он и я конкурировали в составлении проекта церкви. Мой рисунок вышел более в московском характере, чем в новгородском, но в семейном жюри к исполнению был принят мой эскиз с некоторыми изменениями. Летом сделали закладку, и на другой год храм был уже готов. Все мы - художники Поленов, Репин, я, сам Савва Иванович и семья его - принялись за работу дружно, воодушевлённо. Мы чертили фасады, орнаменты, составляли рисунки, писали образа, а дамы наши вышивали хоругви, пелены и даже на лесах около церкви высекали по камню орнаменты, как настоящие каменотёсы. Савва Иванович, как скульптор, тоже высекал по камню. Работа кипела.

Поленов создал прекрасный иконостас, строго новгородского стиля и орнамента, можно сказать, образец своего рода. Написал он также на вратах «Благовещение», одно из прекраснейших его произведений. Репин написал образ Нерукотворного Спаса. Н.В. Неврев - Николая Чудотворца. Мои там работы: небольшой образ Богоматери в иконостасе, послуживший мне впоследствии во Владимирском соборе, «Преподобный Сергий» и несколько других малых образов. Образ Богоматери настолько понравился профессору А.В. Прахову, что он тут же пригласил автора расписывать Владимирский собор в Киеве, постройкой которого руководил, и Васнецов написал для собора подобный образ, увеличив его в восемь раз.

Своей рукой я расписал клиросы, даже пришлось самому набирать мозаику пола с рабочими-бетонщиками. И всё спорилось и кипело, и на всём веял подъём духа и энергии самого Саввы Ивановича. Нужен кузнец ковать кресты, решетки - вот он, мастера, каменотесы, позолотчики - всё живой рукой есть, по щучьему велению. А сам везде шуткой, весёлым словом подбодрит, подкрепит уставшую руку... Церковь окончена, освящена в Спасов день. Веселье, радость! Чертежи храма исполнил архитектор Самарин Павел Михайлович (1856-1912, в это время он ещё учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (окончил в 1883 г.). Чувствуется, что-то сделано, что-то создано живое!»

В 1882 г. в только что отстроенной церкви венчались Василий Дмитриевич Поленов (1844-1927) и Наталия Васильевна Якунчикова.

В 1891 г. умер сын С.И. Мамонтова, Андрей, художник, участвовавший в росписи Владимирского собора в Киеве.

Над склепом, в котором похоронен Андрей Мамонтов, была построена часовня по проекту В.М. Васнецова. В часовне в 1918 г. погребён и сам Савва Иванович (он умер от воспаления лёгких), около часовни - могила Веры Саввишны Мамонтовой, в замужестве Самариной (ум. 1907), под этим же камнем похоронена Елизавета Григорьевна Мамонтова (ум. 1909).

После революции, скрываясь от ареста, Самарин осенью 1918 г. пытался выехать на Украину, но был задержан на станции Брянск. При обыске изъято удостоверение за подписью патриарха Тихона, гласившее, что Самарин командируется в Киев к митрополиту Киевскому и Галицкому Антонию для доклада по делу об автономии Украинской Церкви. Был арестован и несколько месяцев провёл в Орловской и Бутырской тюрьмах. Освобождён 20 апреля 1919 г. В августе вновь арестован в связи с делом «Совета объединённых приходов г. Москвы.

В апреле 1919 г. А.Д. Самарин был освобождён. Вероятно, сыграло роль заступничество Патриарха Тихона.

Московский революционный трибунал в январе 1920 г. приговорил Александра Дмитриевича к высшей мере наказания, но, «приняв во внимание мощь и силу внешнего и внутреннего пролетарского фронта, героические победы рабочих и крестьян над мировой буржуазией и амнистию ВЦИК от 5 ноября 1919 г.», постановил «расстрел заменить, заключением в концентрационный лагерь до окончательной победы рабоче-крестьянской власти над мировым империализмом». К расстрелу Александр Дмитриевич был приговорён вместе с группой видных пастырей и церковно-общественных деятелей по обвинению в распространении «клеветнических слухов» об оскорбительном поведении лиц, участвовавших во вскрытии мощей преподобного Саввы Сторожевского». Группой верующих была подана жалоба в Совнарком в связи с тем, что один из членов комиссии несколько раз плюнул на мощи. Ответом на жалобу и стал судебный процесс.

В 1922 г. Александр Дмитриевич был освобождён по амнистии.

11 ноября 1925 г. комиссия по проведению декрета об отделении Церкви от государства приняла решение ускорить раскол в Русской Православной Церкви. ГПУ должно было арестовать всех, кто мог возглавить её и воспротивиться проводимой государством антицерковной политике. Аресты проходили с 20 ноября до 2 декабря (в одном только московском Даниловском монастыре 30 ноября чекисты забрали семь епископов). Были взяты два обер-прокурора Святейшего Синода-Саблер и Самарин.

После «следствия» постановлением Особого совещания при Коллегии ОГПУ от 21 мая 1928 г. А.Д. Самарин был приготовлен к высылке в Сибирь на три года «за участие в черно-сотенно-монархической группировке «Даниловский Синод»». Умер в 1932 г. Реабилитирован в 1989 г.

В последний раз он приехал в Абрамцево после освобождения из тюрьмы в 1922 г., в 1925 г. был здесь снова арестован.

Очень многих в Сергиевом Посаде и окрестностях арестовали в мае 1928 г., в том числе дочь Саввы Мамонтова - Александру (1878-1952), художницу, бывшую владелицу Абрамцева, после революции ставшую первым директором Абрамцевского музея (с 1918 по 1927 г.).

В протоколе допроса записаны её слова, вероятно в изложении следователя: «Сторонницей Соввласти не являюсь вследствие гонения на религию и притеснения верующих».

Обитатели Абрамцева видели свой нравственный долг в том, чтобы сохранить основы духовной культуры для будущих поколений.

Московская обл., с. Абрамцево

Прокомментируйте первым...

Все поля обязательны для заполнения




  

Церковь Спаса Нерукотворного Образа адрес, как добраться, доехать, где находится, фото, на карте, координаты, схема проезда
Всё самое интересное ещё дальше...