Атмосфера мест

Церковь Преображения (разрушена) Церковь Трёх Святителей

Село Белоомут, известное с 1620 г., было дворцовым. Во второй половине XVII в. оно разделилось на две части - Борковскую и Комарёвскую, в XVIII в. получившие названия Верхний и Нижний Белоомут. В 1762 г. с. Верхний Белоомут пожаловано Екатериной II офицеру Преображенского полка М.Е. Баскакову за участие в перевороте, возведшем её на престол. Михаил Егорович был одним из четырёх офицеров, которые сопровождали отрёкшегося от престола Петра III в Ропшу, где вскоре он был задушен.


После М.Е. Баскакова Верхний Белоомут достался его брату Ивану Егоровичу, сенатскому экзекутору, женатому на Вере Петровне, урожденной Хитрово. Их дочь Елизавета Ивановна (1784-1815, похоронена в Санкт-Петербурге на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры) была выдана замуж за Платона Богдановича Огарёва (1768-1838). Семья Огарёвых проживала зимой в Москве, а на лето переезжала в какое-нибудь из своих богатых имений. Платон Богданович и Елизавета Ивановна были очень разные люди. Елизавета Ивановна Баскакова происходила из старинной дворянской семьи, она проявила раннюю литературную одаренность. Уже в 1796 г., в 12 лет, она перевела комедию мадам Жанлис «Добрая мать», перевод был опубликован.

В 1796-1799 гг. Елизавета Ивановна переводила с немецкого и французского для журналов «Приятное и полезное препровождение времени» и «Ипокрена».

Платон Богданович - офицер, потом чиновник, богатый помещик, в отставку он вышел в чине действительного статского советника.

Верхний Белоомут был оброчным имением без усадьбы и барской запашки. Последние 13 лет своей жизни Платон Богданович находился в параличе, и с 1834 г. селом владел его сын Николай (родился в 1813 г. в Петербурге, умер в 1877 г. в Гринвиче), достигнувший в тот год совершеннолетия и женившийся незадолго до смерти отца на Марии Львовне Рославлевой (1817-1853) племяннице пензенского гражданского губернатора Панчулидзева.

Николай Платонович лишился матери в двухлетнем возрасте. Матери он не помнил, но развил в себе её культ, в противоположность отцу - «деспоту в семье». С отцом у него были отношения трудные

До 1820 г. семья жила в с. Старое Акшино Инсарского уезда Пензенской губернии, в 1820 г. - переехала в Москву.

С 1823 г. Николай начал писать стихи. В 1826 г. он познакомился с Александром Герценом, дружба с которым определила направление всей его последующей жизни. Вскоре, на Воробьевых горах, исполнившись восторга, созерцая прекрасную панораму Москвы, они дали клятву служить народу.

В 1829 г. Огарев и Герцен поступили в Московский университет. Огарев на физико-математический факультет, вольнослушателем. Он посещал также лекции на словесном и нравственно-политическом отделениях, куда перешел в 1832 г. Одновременно он поступил, по настоянию отца, в Московский архив коллегии иностранных дел. Вокруг Герцена и Огарёва сложился студенческий кружок.

В 1833 г., за организацию сбора денег в пользу арестованных членов кружка Н. Суегурова, над Огарёвым был установлен негласный полицейский надзор. В июле 1834 г. Огарев арестован «за распевание пасквильных стихов порочащих императорскую фамилию, через 3 дня освобожден, но вскоре снова арестован и с 9 июля 1834 по 9 апреля 1835 г. провел в заключении, после чего выслан в Пензенскую губернию, где жил его больной отец, под надзор местных властей. Н. Огарёв был определен в канцелярию гражданского губернатора А. Панчулидзева, в 1838 г. получил чин коллежского регистратора.

В 1836-1838 гг. Огарев прошел через глубокие религиозные искания. В это время им написаны стихотворения: «Христос», «Христианин», «Моя молитва» и др.

В апреле 1836 г. Огарев обвенчался с Марией Львовной Рославлевой, дочерью обедневшего помещика, племянницей Панчулидзева.

В августе 1837 г. Огарев побывал в Верхнем Белоомуте.

В мае 1838 г. Николай Платонович выехал, вместе с женой на лечение в Пятигорск, где встретился со многими ссыльными декабристами, особенно он сблизился с князем А.И. Одоевским. Под впечатлением от чистой и верующей души князя, усилилось религиозное и мистическое содержание в стихах Огарёва.

В октябре 1838 г. Николай Платонович вернулся в Старое Акшино к умирающему отцу. Вступив в наследство он стал богатым помещиком - свыше 4000 душ крепостных в Пензенской, Рязанской и Орловской губерниях.

В начале 1839 г. он начал дело об освобождении своих крестьян в с. Верхний Белоомут.

В бытность крепостными крестьяне жили хорошо, вели торговлю, и предложение воли многие приняли неохотно. При Платоне Богдановиче некоторые крепостные заключали на имя Огарёвых контракты по откупам, подрядам и другим делам, вследствие чего приобретали большие состояния.

В марте 1839 г. Николай Огарёв вместе с женой навестил во Владимире Герцена, отбывавшего там ссылку, однако между Марией Львовной и Герценом вспыхнула неприязнь, которая поставила мягкого Огарёва в мучительное положение между женой, которую он любил, несмотря на её ревность к его старым московским друзьям, и непреклонно требовательным, временами деспотичным другом. Это в значительной мере предопределило крушение его семейной жизни.

Первые столкновения во Владимире, продолжились и в Москве, куда Огарёву был разрешен переезд в Москву с зачислением на службу в 8-й департамент Сената. Переезд в Москву и снятие в мае 1839 г. полицейского надзора, стало возможным благодаря хлопотам Марии Львовны и влиятельных родственников.

В Москве положение Огарёвых стало просто невыносимым, на Марью Львовну обрушилась вся свора друзей Герцена и Огарёва.

Огарев возвратился в свое именье, она поехала в Петербург хлопотать о его возвращении в Москву. Через месяц она опять проезжала Владимиром - одна. Петербург и две-три аристократические гостиные вскружили ей голову. Ей хотелось внешнего блеска, ее тешило богатство.

В мае 1841 г. Огарёв с женой выехал в первое заграничное путешествие (Германия, Швейцария, Италия). В письме от 7 июля 1841 г. писал Герцену: «Из мира ощущений, мечтаний, смутных идей, из области мысли даже я пришел к положительному, ищу действия, практики и полон надежды».

В декабре 1841 г. из-за семейного разлада Огарёв оставил жену в Неаполе и в январе 1842 г. вернулся в Россию, ездил в Петербург (жил у Белинского, с которым сблизился), Москву, Старое Акшино. Дважды навестил находившегося в ссылке в Новгороде Герцена, хлопотал вместе с В. А. Соллогубом и М. Ю. Виельгорским о его возвращении. Вторая заграничная поездка продлилась около 4 лет (с июня 1842 г.).

Осенью 1846 г. Огарёв приехал в Старое Акшино, намереваясь осуществить в своем имении социальные и хозяйственные преобразования. По пути навестил Верхний Белоомут, чтобы увидеть, как живут отпущенные им на волю крестьяне: оказалось, что малоимущие закабалены богатыми. Действительность его разочаровала, тем не менее задуманные еще за границей реформы были продолжены. Рассматривая вольнонаемный труд как средство изменения крестьянской психологии, он стремился заменить им барщину: в Старом Акшине была построена суконная фабрика, в Русском Баймакове - сахарный завод, в Каменке - винокуренный; в 1848 г. он купил Тальскую писчебумажную фабрику, взяв в компаньоны своего побочного брата И. И. Маршева (который его обманывал).

Огарев решил уехать за границу, чтобы расплатиться с долгами, он в 1849 г. фиктивно продал Сатину Старое Акшино и 4 близлежащие деревни. Часть денег Огарёв получил - другая, по-видимому большая, должна была быть выплачена в течение 10 лет. После эмиграции Огарёва выплата долга зависела исключительно от доброй воли Сатина, который, однако, уклонялся от выплаты денег.

В 1850 г. Огарёв вместе с Тучковой переехал на Тальскую фабрику. В июне 1853 г. Тальская фабрика сгорела, что вызвало огромные убытки и прервало начатые преобразования. Огарёв стойко перенес крушение планов и бесплодное завершение целой полосы жизни.

В октябре 1856 г. Огарёв отправился в Петербург хлопотать о заграничных паспортах; здесь познакомился с Толстым, встречался с Тургеневым, А. Н. Островским, Боткиным. 16 января 1856 г. он получил разрешение на выезд, а 19 марта навсегда оставил Россию. Поселился в Лондоне и постоянно жил либо в доме Герцена, либо по соседству с ним; занялся интенсивной политической деятельностью профессионального революционера.

В 1857 г. Тучкова-Огарёва после тяжких сомнений стала гражданской женой Герцена.

В апреле 1859 российские власти, осведомленные о связи Огарёва с Герценом, потребовали немедленного его возвращения на родину; вслед за его отказом 27 декабря 1860 г. последовали заочный суд над ним как над государственным преступником и решение о лишении его всех прав и вечном изгнании.

В 1865 г. Огарёв и Герцен перенесли свою деятельность в Женеву в надежде восстановить и укрепить ослабевшие связи с деятелями русского и западно-европейского революционного движения.

В мае 1873 г. швейцарские власти решили выслать Огарёва из страны, т. к. русское правительство потребовало возвращения в Россию его и 18 других эмигрантов, живших в Женеве. В сентябре 1874 г. он уехал в Англию, поселившись сначала в Ньюкасле, а в декабре - в Гринвиче.

В 1875 он познакомился и сблизился с П.Л. Лавровым, с которым ранее переписывался. Его все более угнетали старческие немощи и денежные заботы. Средства, привезенные из России, истощились: в Швейцарии, затем в Англии он жил на деньга Герцена, а затем его детей. В мае 1877г. Огарёв во время приступа эпилепсии повредил позвоночник; скончался на руках дочери Герцена Натальи и его зятя Габриеля Моно.

Память об Николае Платоновиче живёт в селе до сих пор: во-первых, с его именем связано наименование придельного престола в кладбищенской церкви (Святителя Николая), во-вторых, по случаю кончины Николая Платоновича (в Англии, в Гринвиче, 31 мая 1877 г.) обществом крестьян был составлен приговор, в котором вспоминаются покойного благодеяния и постановлено каждогодно в день его кончины творить общественную панихиду, в-третьих, его имя и имена его родителей определены на вечное поминовение в церкви и, в-четвертых, по ходатайству крестьянской общины в селе разрешено иметь библиотеку имени Н.П. Огарёва, разрешение было дано в 1900 г. В 1913 г. было построено для неё специальное здание.

Василий Козмич Влазнев (1839-1905) родился в Верхнем Белоомуте, в семье крестьянина, окончил приходское училище. Мастер резьбы по дереву, историк, журналист, археолог, поэт, он был знаком с поэтом И. Суриковым, писал стихи, очерки, рассказы. Его исторические, краеведческие и этнографические труды публиковались во многих газетах и журналах того времени.

В 1866 г. он вернулся домой и завёл кустарное дело по своему иконостасному и позолотному ремеслу. Умер и похоронен в с. Верхний Белоомут.

С 1674 г. в писцовых книгах упоминается деревянная церковь Преображения Господня. Позднее она построена в камне и, по рассказам местных жителей, была самой красивой в Белоомуте.

В 1936 г. её закрыли и потом разобрали на кирпич. Из кирпича церкви были построены коровники.

В Преображенской церкви с. Верхний Белоомут служили священники: Алексей Иванов (с 1704), Софроний Герасимов (1741), Иаков Алексеев (с 1741 по 1780), Козьма Софрониев (с 1780 по 1788), Онисим Яковлев с 1780 по 1794), Зиновий Яковлев с 1780 по 1798), протоиерей Тимофей Космин (с 1789 по 1827), Дионисий Алексеев (с 1794 по 1796), Иоанн Зиновьев (с 1798 по 1822), Феодор Никитин (с 1796 по 1814), Георгий Васильевич Карташов с 1852 г.

К Преображенской церкви была приписана кладбищенская церковь Трёх Святителей в с. Верхний Белоомут.

Впервые кладбищенская церковь Трёх Святителей с. Верхний Белоомут упоминается в писцовых книгах в 1674 г.: «церковь древяна, клецки, о трех главах, святых Трёх Святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого».

Ныне существующая каменная церковь построена на месте деревянной в 1827 г. на средства крестьян Набатова и Каширина. Позднее (не ранее середины XIX в.) к храму пристроены: колокольня, трапезная с приделами: Никольским и Казанской иконы Божией Матери. Приделы освящены в 1879 г. Никольский придел устроен благодарными крестьянами в память белоомутского помещика Николая Огарёва, освободившего крестьян с землёй за ничтожный выкуп задолго до отмены крепостного права.

В советское время церковь была закрыта и разорена.

В 1991 г. церковное здание возвращено верующим. Кое-где уцелели сильно поврежденные росписи. Храм восстанавливается.

В середине 1930-х гг. в храм Трёх Святителей с. Белоомут назначили вернувшегося из ссылки архимандрита Никона (Георгия Николаевича Беляева). Он родился в 1886 г. в с. Савельево Серпуховского уезда, в семье священника Николая Николаевича Беляева, в 1902 г. окончил Коломенское духовное училище, в 1908 г. - Московскую духовную семинарию, и был назначен учителем в школу в с. Чашниково Московского уезда. В Чашникове он создал Троице-Алексеевское братство трезвости и миссионерски кружок при нем. Чашниковская школа была создана архиепископом Никоном Рождественским, в своем родном селе, и к нему обратился Г.Н. Беляев за помощью в приобретении необходимых для крухка книг.

В марте 1918 г. Георгий Беляев был рукоположен во священника, до августа он оставался в Чашникове, исполняя обязанности священника и законоучителя, но в это время тяжело заболел его отец, служивший в храме с. Протопопова, и туда был назначен о. Георгий.

Архиепископ Никон 20 ноября 1918 г. писал ему: «Дорогой о. Георгий... Господь судил вам послужить болящему родителю, свято исполните сей священный долг Ваш... время страшное видны знамения антихристовы... Молим Господа чтобы Он ещё и ещё потерпел грехам нашим и ещё раз отвернул бы этого сына погибели, но слышно его гнусное дыхание и не видно со стороны верующих ему должного отпора. Творится что-то невероятное. Православных на бумаге набирается до 80-90 миллионов в России, их отец и Первоиерарх арестован, - и где же они? А ведь сказано в Писании: поражу Пастыря, и разыдутся овцы. Но это - только внешние показатели великой скорби церковной. Предсказанное Апостолом Павлом отступление совершается воочию... Вспомните скорбное слово Спасителя, когда придет Он, Сын Человеческий, едва ли обрящет веру на земле, до того она оскудела. Но довольно! И то думаю: не прочитали бы эти строки антихристовы слуги, богоотступники, их так много развелось на Руси. Лучше жгите те письма, чтобы не нажить Вам беды и не быть, как говорится, бестолковым мучеником. Мое сердце стало очень плохо. Силы упали. Особенно грозят «перебои». Видимо недалеко и конец. Все думаю ос-вятиться елеем. Причащаюсь часто, но уже в келье. За все слава Богу! А Вы, посвятив себя Единому Богу, отдайтесь всецело Ему на служение. Свободные от семьи, Вы сугубо должны это сделать. А служите Ему там, где Он укажет Сам. Повторяю, что лично говорил Вам: молитесь: скажи мне Господи, путь воньже пойду. От болящего Архиерея болящему иерею Николаю - Божие благословение - и Вам, его чаду возлюбленному».

Став священником, о.Георгий принял решение не брать вознаграждений за исполнение треб, но пользоваться лишь тем, что прихожане подадут сами, по своей милости и вразумлению Божию. Но в приходе кроме священника были псаломщик и сторож, и в августе 1919 г. по его инициативе был устроен сбор продуктов на их содержание. Когда продукты были уже собраны и отвезены старосте, туда явились представители власти, все было реквизировано, а о. Георгий арестован и отправлен в Коломенскую тюрьму. Через три дня ему объявили, что он осужден на две недели принудительных работ.

Вернувшись в село, он еще активнее приступил к исполнению своих священнических обязанностей, так как явственно ощущал, что время коротко. Отец Георгий ежедневно неустанно проповедовал в храме, каждое воскресенье вечером устраивал беседы на религиозные темы, собирал детей для уроков по Закону Божию.

4 ноября 1921 г. в доме священника был произведен обыск, он был арестован и заключен в Бутырскую тюрьму в Москве.

7 февраля 1922 г. о. Георгий Беляев был приговорен к трём годам ссылки в Архангельскую область.

В 1925 г., по возвращении из ссылки, епископ Коломенский Феодосии (Ганецкий) предлоложил ему принять монашеский постриг и возглавить монашеское братство Старо-Голутвина монастыря для укрепления духовной жизни на что о. Георгий дал свое согласие.

В августе 1925 г. епископ Феодосии постриг его в монашество с именем Никон, и возвел в сан архимандрита и назначил наместником монастыря.

В 1929 г. обострились гонения на Русскую Православную Церковь, и Старо-Голутвинский монастырь, в числе многих был закрыт. Архимандрита Никона арестовали, обвинив его в антисоветской агитации при произнесении проповедей. 26 июля 1929 г. он был приговорен к трем годам заключения в Соловецком концлагере.

В 1932 г. Особое Совещание при Коллегии ОПТУ без рассмотрения дела приговорило архимандрита Никона к трем годам ссылки в Северный край, направив его туда с тюремным этапом.

Вернувшись из ссылки архимандрит Никон был назначен в храм Трёх Святителей в с. Белоомут Луховицкого района, но вскоре переведен во Власьевскую церковь в Волоколамске.

27 ноября 1937 г. архимандрит Никон был вновь арестован и заключен в тюрьму в Волоколамске.

5 декабря 1937 г. архимандрит Никон был приговорен к расстрелу, и 10 декабря того же года расстрелян на Бутовском полигоне.

В семье священника церкви Трёх Святителей о. Василия Любомудрова родились и получили воспитание братья Иван и Николай. Оба затем окончили Петербургскую Духовную академию. Первый из них, писатель и педагог, автор краеведческих и церковно-исторических работ, с 1849 г. - преподаватель Рязанской духовной семинарии, с 1861 г. служил судебным следователем в Зарайске, затем в Михайлове, умер в 1867 г. Его брат Николай (ок. 1830-1880) - педагог, краевед, автор статей о древностях Рязанской губернии, преподавал в учебных заведениях Санкт-Петербурга, в 1868-1869 гг. - в Рязанском Духовном училище.

Крестьяне с. Белоомут занимались огородничеством, заготавливали сено, богатые занимались откупами, были прасолами - т.е. закупали в южных губерниях и в Малороссии скот, перегоняли его в Москву и другие места, и там с выгодой продавали.

К началу XX в. в Белоомуте населения было больше чем в некоторых уездных городах.

Московская обл., с. Верхний Белоомут

Прокомментируйте первым...

Все поля обязательны для заполнения




  

Церковь Преображения (разрушена) Церковь Трёх Святителей адрес, как добраться, доехать, где находится, фото, на карте, координаты, схема проезда
Всё самое интересное ещё дальше...