Атмосфера мест

Усадьба Валуево

В двух с небольшим километрах от с. Филимонки вверх по течению р. Ликовы находится усадьба Валуево. Её название сохранило фамилию первых владельцев. В 1627 г. на одной стороне р. Ликовы, «что было с. Большое Покровское», были владения Ульяны, вдовы Степана Валуева, и Ивана Григорьевича Валуева, на другом берегу - вотчина Григория Валуева, сельцо Настасьино. Григорий Леонтьевич Валуев убил Лжедимитрия I и вместе с воеводой, князем М.В. Скопиным-Шуйским освобождал Русь от поляков и русских воров. В 1610 г. он поддержал кандидата на русский престол, польского королевича Владислава.

В 1623 г. он дал вотчину в приданое своим дочерям Марфе, жене князя Михаила Ивановича Мещерского, и Татьяне, жене Никиты Ивановича Карамышева. Князь М.И. Мещерский построил деревянную церковь Покрова Пресвятой Богородицы. Он оставил село сыну Андрею и внуку Василию Лаврентьевичу Мещерским, после Василия Лаврентьевича селом владел его сын Михаил, в 1693 г. - его сын, тоже Михаил, в 1710 г. - князь Иван Михайлович Мещерский.

В 1719 г. владельцем Валуева стал граф Пётр Андреевич Толстой (1645-1729), сподвижник Петра I, действительный тайный советник, сенатор, президент Коммерц-коллегии, первый посол России в Турции. С 1701 г. он успешно в течение 10 лет удерживал Турцию от войны с Россией, в 1717 г. так же успешно провёл переговоры с Австрией о возвращении укрывшегося там царевича Алексея Петровича и возглавлял следствие по его делу, с 1718 по 1725 г. был начальником Тайной канцелярии, в 1724 г. возведён с потомством в графское достоинство. В 1726 г. - член Верховного Тайного Совета. Он противился всевластию Меншикова и в 1727 г. был сослан с сыном на Соловки, где и умер (графский титул отобран, возвращён внукам в 1760 г.) Сын Иван, разделивший с ним заключение, умер раньше отца, в июне 1728 г. Он был женат на Прасковье Михайловне, урождённой княжне Троекуровой.

Она после смерти Петра Андреевича разделила имение между детьми Василием, Фёдором, Борисом, Андреем, Петром, Александрой и Екатериной. Село досталось Василию (ум. 1785), действительному статскому советнику, женатому на Анне Яковлевне Протасовой. По моде того времени в имении был разбит регулярный парк. Василий Иванович в 1742 г. перепродал Настасьино (Покровское) генерал-аншефу, члену высшего суда, обер-гофмаршалу (с 1744 г.) Дмитрию Андреевичу Шепелеву (ум. 1759), строителю Зимнего дворца в Петербурге. Шепелев происходил из древнего дворянского рода, известного с XIV в. Служил в гвардии и приобрёл расположение Петра I, сопровождал его во время второй поездки за границу в 1717 г. Его женой была Дарья Ивановна Глюк, родственница пастора Иоанна Глюка, в чьём доме жила до прибытия в Россию будущая императрица Екатерина I.

Приданое, которое она дала Дарье Ивановне, положило начало богатству рода Шепелевых. Несмотря на преданность императору, Шепелев уклонился от подписания смертного приговора царевичу Алексею. Не принимая активного участия в борьбе придворных партий, он умел в продолжение пяти царствований не только сохранять своё положение, но и приобретать всё большее значение при дворе. В 1728 г. произведён в генерал-майоры. Он в числе 166 человек подписал протест против кондиций, предложенных членами Верховного Тайного совета в видах ограничения самодержавия Анны Иоанновны. Императрица назначила его членом генерального суда для разбора дела Д.М. Голицына и дела «о тяжких винах князей Долгоруких». При императрице Елизавете Шепелев произведён в генерал-аншефы и награждён орденом Святого Андрея Первозванного, сделан обер-гофмаршалом. Как член генерального суда, участвовал в следствии по делу Лопухиных.

Шепелев был благочестив, он построил в городах, монастырях и в своих вотчинах до 70 храмов, считался восстановителем Оптиной пустыни (построил там в 1740 г. соборный храм). При Д.А. Шепелеве в усадьбе стоял деревянный дом и была построена каменная однопрестольная церковь Покрова Пресвятой Богородицы, разрушенная в 1965 г. В 1769 г. его супруга Дарья Ивановна завещала имение своей племяннице Марии Родионовне Кошелевой, а та - своей племяннице Екатерине Алексеевне Мусиной-Пушкиной, урождённой Волконской (дочери Маргариты Родионовны, урождённой Кошелевой). Так имение перешло во владение рода Мусиных-Пушкиных. Усадьба сложилась при действительном тайном советнике, графе Алексее Ивановиче Мусине-Пушкине (1744-1817) - известном археографе, собирателе рукописей и русских древностей. Он состоял на военной службе в артиллерии, был адъютантом Григория Орлова и через него стал известен Екатерине II. Главными увлечениями его жизни неизменно оставались история, литература и искусство. В 1772 г. он посетил Германию, Францию, Голландию, Испанию и Италию, где интересовался памятниками старины и произведениями искусства, имел возможность ознакомиться со многими частными коллекциями. По возвращении в Россию он начал активную собирательскую деятельность.

Особую славу А.И. Мусину-Пушкину принесло собрание рукописей и книг. Он также коллекционировал монеты и медали, обладал и обширным, до 600 работ, живописным собранием, где в числе прочих значились подлинники Рафаэля, Леонардо да Винчи, Корреджо, Сальватора Розы, Каналетто, Мурильо. Некоторые картины приобретены во время путешествия по Европе. В своих имениях Алексей Иванович и его супруга Екатерина Алексеевна всячески поощряли развитие искусств. Так, в Иловне на рубеже XVIII—XIX вв. существовали живописная и иконописная мастерская, где обучали художественному ремеслу способных крестьян. Сохранились портреты детей графа, исполненные крепостными живописцами. С 1775 г. А.И. Мусин-Пушкин - церемониймейстер двора. В 1789 г. избран в члены Российской Академии. Он издал «Русскую Правду» (1792) и «Духовную Владимира Мономаха» (1793), «Слово о полку Игореве» (1800), обнаруженное им в библиотеке Спасского монастыря в Ярославле. Одно время Алексей Иванович возглавлял Корпус чужестранных единоверцев (учебное заведение), в 1785 г. был избран почётным членом Академии художеств, а с 1795 по 1797 гг. являлся её президентом, став, по оценке академиков, «ревностным попечителем о состоянии наук и художеств». Друзьями Мусина-Пушкина были Н.М. Карамзин, Н.Н. Бантыш-Каменский, сподвижник по кружку любителей истории Н.Н. Болтин.

В 1791 г. Екатерина II назначила его на должность обер-прокурора Синода (до 1797 г.). На этом посту он снискал общее уважение и любовь за своё «благорасположение к наблюдению истины». А.И. Мусин-Пушкин направил епархиальным архиереям циркуляр с рекомендацией озаботиться тем, чтобы священники на проповедях не говорили о предметах, не связанных с научением вере, поэтому епископы либо сами, либо с помощью доверенных клириков должны были обеспечить предварительную цензуру проповедей. Павел I благоволил Мусину-Пушкину, в 1797 г., в день коронации, Алексей Иванович возведён в графское достоинство Российской империи и в том же году стал сенатором. После ухода в отставку в 1799 г. поселился в Москве. Алексей Иванович понимал, что богатство помещика заключается в материальном благосостоянии крестьян, он был «человек большого ума, покровитель всего хорошего, отец своих подданных и отличный хозяин; он удвоил свое состояние и рассудительно тратил свои большие доходы».

Как и его отец, Иван Яковлевич, он покупал земли в окрестностях Рыбинска. Благодаря их деятельности в Ярославле были отреставрированы многие церкви. Любимыми местами пребывания А.И. Мусина-Пушкина, где он старался бывать как можно чаще и куда на лето обычно приезжала его семья, были родовые имения в Ярославской губернии - Иловна и Борисоглебское. В Иловне он и велел себя похоронить. После смерти Алексея Ивановича крестьяне пожелали сами нести гроб с его телом к месту погребения. А Валуево было заново отстроено А.И. Мусиным-Пушкиным на рубеже XVIII—XIX вв. Здесь граф бывал в основном в последние годы жизни, тяжёлые для него: граф не смог оправиться после смерти любимого сына Александра (1788-1813), в котором видел своего преемника по занятиям русской историей. Александр был смертельно ранен в сражении при Люнебурге. Тяжело переживал Алексей Иванович и гибель от пожара в 1812 г. своей московской библиотеки. Часть книг находилась в Валуеве, и он здесь главным образом продолжал свои научные занятия. Но переезды переносил с трудом. Вместе с ним в Валуево отправлялись управляющий Фольц, племянник Николай Енгалычев и лекарь. Алексея Ивановича очень трогали забота и помощь, которую ему оказывали близкие люди. «Я довольно не могу нахвалиться обращением со мной всех родных и знакомых, все мне угождают, как младенцу», - шутливо писал граф.

У него с женой Екатериной Алексеевной (1754-1829), урождённой княжной Волконской, было трое сыновей: Иван (1783-1836, в войну 1812 г. он «был употребляем в самых опасных случаях», с 1814 г. - генерал-майор), Александр, Владимир, - и пять дочерей: Мария (замужем за А.З. Хитрово), Наталья (1784-1829, замужем за князем Д.М. Волконским), Екатерина (за князем В.П. Оболенским), Софья (за князем И.Л. Шаховским), Варвара (1796-1829, за князем Н.И. Трубецким). На похоронах Екатерины Алексеевны была вся Москва во главе с генерал-губернатором. Знавший её с молодых лет А.Я. Булгаков писал: она «была любима, уважаема в семье... последние слова её были, когда лили ей лекарство в рот: «Меня кормят как галчонка!» Стало, дух её был покоен, ежели шутила... Да и в чем можно упрекнуть покойницу? В одной скупости, но и та не мешала ей принимать весь город, делать добро». Он же писал, что она была женщиной расчётливой, склонной к различным финансовым сделкам, умела пользоваться нужными ей людьми, отличалась обходительностью и страстно любила поиграть в карты.

В мемуарах С.А. Мещерской перед нами встает образ любезной, обходительной, религиозной женщины, радушной и предусмотрительной хозяйки. План Валуева строго симметричен, что характерно для многих усадебных ансамблей XVIII - начала XIX вв. Использована традиция сочетания парадного двора и английского парка, расположенного позади главного дома, строительство которого закончено в 1811 г. Сохранился договор с подрядчиками Мартемьяновыми, уроженцами Владимирской губернии. В нём достаточно подробно описаны задачи, стоявшие перед мастерами, и определена плата, здесь же упоминается разборка старого фундамента здания. План двухэтажного деревянного дома с галереями был предъявлен братьям Мартемьяновым. Кто проектировал план и фасад, неизвестно. В 1805 г. с крестьянином Семёновым из Ярославской губернии был заключён договор, в котором записано, что тот подрядился построить «каменный флигель под смотрением избранного от его сиятельства архитектора из собственных материалов». Сохранилось письмо А.И. Мусина-Пушкина 1815 г., в котором говорится, что «крыша на большой оранжерее, на флигеле, в котором кухня, на бане совсем развалилась», зато запасено 130 тысяч кирпичей и в селе живёт архитектор, фамилия которого не названа. Не сообщает её и С.А. Мещерская.

«Главный дом - деревянный, стоит на кирпичном сводчатом подклете. Стены дома оштукатурены под камень. Здание венчает восьмигранный бельведер. Фасад украшен шестиколонным ионическим портиком, внутри которого на уровне второго этажа устроен балкон. Углы здания обработаны пилястрами, ими же завершён фасад дома. Одними из элементов композиции фасада являются тройные окна первого этажа, которые фланкируют портики. Внутренняя планировка дома традиционна. Со стороны парадного двора дверь вела в вестибюль, из которого можно было попасть в парадный зал. По сторонам от него шли анфилады комнат, в том числе гостиная, приемная и кабинет. Вестибюль имел выход в парк. В помещении второго этажа располагались спальня и детские комнаты. Таким образом, здесь используется распространенная схема расположения комнат вокруг центрального зала при сохранении анфиладной системы. Открытая галерея-колоннада соединяла дом с двумя двухэтажными флигелями. В левом флигеле на первом этаже располагалась кухня. Выше - людская, где жили крепостные. В правом флигеле размещался театр. Небольшой размер флигеля не предполагает какого-либо размаха и, возможно, все сценические представления носили камерный, домашний характер. В этом же флигеле граф А.И. Мусин-Пушкин хранил часть своей библиотеки».

Каменная Покровская церковь усадьбы Валуево, построенная ещё при Шепелевых (и окончательно разобранная в 1965 г.) располагалась на осевой линии ансамбля и была однопрестольной с одной главой. При создании валуевского ансамбля А.И. Мусин-Пушкин велел изменить её фасад и пристроить колокольню. Напротив церкви находились маленькие дома церковного причта, где жили священник, диакон и псаломщик. В начале XIX в. возведены по единому проекту здание конторы и симметричный ему дом управляющего, обращенные на парадный двор и формирующие пространство центрального ядра усадебного ансамбля. На парадный двор выходили также конный и скотный дворы (значит, граф умел добиться того, чтобы запах навоза не перебивал запаха цветущих лип в парке), каждый из них состоит из двух одноэтажных кирпичных корпусов, образующих замкнутое каре с двумя проездами во внутренний двор. Все здания были покрашены в желтый цвет с белокаменными деталями. За конным двором располагались огороды. Напротив, позади скотного двора, находилась оранжерея, дошедшая до нас в перестроенном виде. Она обособлена от зданий двора, основу композиции составил просторный центральный павильон, перекрытый 8-лотковым сводом и имеющий кубическое завершение в виде стеклянного фонарика.

В оранжерее выращивались лимоны и цветы. Павильон «Охотничий домик» расположен в западной части усадьбы. Это одноэтажный прямоугольный дом, украшенный далеко отнесённым от стены портиком, все фасады завершены треугольными фронтонами и обогащены полуциркульными нишами, филёнками различной формы, углы обработаны пилястрами, на северном и южном фасадах расположены тройные окна. Раньше павильон имел голубую раскраску. Его называли храмом воздуха или храмом муз. Внутреннее его пространство делилось парными коринфскими колоннами на три части: большой зал в центре и маленькие компартменты. Здесь звучала музыка и читались стихи. Павильон расположен в английском парке, разбитом при Толстых. Фигурная стрижка деревьев и кустарников образовала зелёные стены аллей. А.И. Мусин-Пушкин, создавая архитектурный ансамбль, одновременно занимался перепланировкой регулярного парка в пейзажный. Он был сравнительно небольшим, среди деревьев преобладала липа (впоследствии, на рубеже XIX-XX вв., эти вязы и липы так разрослись, что практически закрыли храм). Посередине р. Ликовы был насыпан островок, от охотничьего павильона к реке спускалась белокаменная лестница, ее продолжал легкий белокаменный мостик, который вёл к острову. Лестница и мостик продолжали ось симметрии ансамбля.

Вот как описывает парк Валуева внучка Екатерины Алексеевны: «За церковью начинался английский сад, замечательно красивый по месторасположению: протекала извилистая река, были овраги, рощи и три беседки. Одна называлась Старичок и была покрыта мхом и берестой. Другую, двухэтажную, звали Гриб и, наконец, третья над рекой в виде зала, где делались угощения в дни праздника. К бабушке съезжались все родные, и всем было место». Приезжало много соседей и гостей из Москвы. Графиня всех радушно принимала - она была очень хорошая и предусмотрительная хозяйка

В 30-е гг. XIX в. были устроены каскадные пруды, спускавшиеся террасами к реке Ликове. При их планировке использованы естественный рельеф местности и глубокий овраг. Насосы подавали воду наверх к резервуару, из которого она стекала по прудам к реке. Верхний пруд назывался Красным, средний - Золотым, нижний - Тёмным.

Башни ограды в псевдоготическом стиле построены в 1-й трети XIX в. Металлические решетки и ворота - 1880-х гг., при владельцах Лепёшкиных, которые также установили перед фасадом главного дома каменных львов и украсили входные пилоны скульптурным изображением бегущих оленей. Из хозяйственных сооружений была пристроена водонапорная башня, стилизованная под общий стиль усадебных построек, а также обновлены дома церковного причта и церковь.. О привычке владельцев Валуева жить широко, но без излишних расходов и мотовства, свидетельствует письмо Е.А. Мусиной-Пушкиной от 1824 г., рассказывающее о путешествии её сына Ивана Алексеевича с женой по Италии. Графиня с одобрением отмечала, что молодые супруги «во Флоренции очень весело жили и на хорошей ноге держали дом». Она и в этом письме, и в ряде других, обычно предостерегала сыновей от чрезмерных расходов и увлечения карточной игрой, к которой, например, был склонен наследовавший после смерти матери (в 1829 г.) подмосковную усадьбу Владимир Мусин-Пушкин (1798-1854), в остальном имевший репутацию умного и отзывчивого человека. Сын бывшего обер-прокурора Синода воспитывался в иезуитском пансионе в Петербурге, потом в Пажеском корпусе, в 1815 г. начал службу в Бородинском пехотном полку.

В 1816 г. проходил курс математики в Московском училище для колонновожатых. В 1822 г. - капитан, служил в Измайловском лейб-гвардии полку, адъютант командующего 1-й армией. В 1825 г. - член Северного общества декабристов, после их восстания арестован по месту службы в г. Могилеве и более полугода провёл в Петропавловской крепости. 7 июля 1826 г. переведён капитаном в армейский Петровский полк. Послан в Финляндию. В 1829 г. В.А. Мусин-Пушкин женился на Эмилии Карловне Шернваль (1810-1846), славившейся красотой и душевными качествами, ей посвятил стихотворение М.Ю. Лермонтов («Графиня Эмилия / Белее, чем лилия...») Валуево посещали В.А. Жуковский, Вяземские, Е.А. Баратынский (в молодости соперник В.А. Мусина-Пушкина, также ухаживавший за Эмилией Шернваль). У Мусиных-Пушкиных было шесть детей, двое умерли во младенчестве. Сыновья - Алексей (1831-1889) и Владимир (1832-1865). Роковым для семьи стал 1829т.: умерла сестра Владимира Алексеевича, Варвара Алексеевна Трубецкая, которая была давно и безнадёжно больна, через шесть недель после долгого болезненного состояния скончалась другая сестра, Наталья Алексеевна Волконская, в том же году занемогла и через три дня скончалась мать - Екатерина Алексеевна. В.А. Мусин-Пушкин был уволен от службы в 1831 г., с него взята подписка жить только в Москве и не выезжать за границу. В 1834 г. он освобождён от надзора, в 1835 г. разрешено поступить на службу. Жизнь семьи омрачалась тем, что «Владимир Алексеевич, был игрок во всем смысле этого слова.

Он, совсем терялся, особенно при проигрыше, и этим пользовались его партнеры, которых он, к несчастью, принимал без выбора». В 1848 г., за шесть лет до кончины, Владимир Алексеевич написал завещание: «Я умираю христианином, верным сыном нашей Православной церкви, моля Бога о благоденствии милого моего отечества России, которую любил, люблю и буду любить даже за гробом паче всего и за которую бы положил живот мой с радостию... почитаю царя, коему был верен, хотя оным гоним и не любим Бог весь почему... село Валуево, оставшееся после покойной жены моей детям, я желаю чтобы было выкуплено из залога, сделано майоратом и принадлежало старшему моему сыну». Но росло бремя долгов, к 1856 г. наследникам нужно было выплачивать уже 700000 рублей по обязательствам отца.

В 1856 г. усадьбой владел князь Владимир Борисович Святополк-Четвертинский, сосед по имению, до 1861 г. у Святополк-Четвертинских в их усадьбе Филимонки не было церкви, они всей семьёй ходили на богослужения в Валуево. С 1863 г. усадьба принадлежала фабриканту Дмитрию Семёновичу Лепёшкину, владельцу бумаготкацкой, набивной и бумагопрядильной фабрик в с. Муромцеве (в наше время в Пушкинском районе Московской области), сыну известного благотворителя Семёна Лонгиновича Лепёшкина). В советское время в усадьбе размещался санаторий.


Прокомментируйте первым...

Все поля обязательны для заполнения




  

Усадьба Валуево адрес, как добраться, доехать, где находится, фото, на карте, координаты, схема проезда