Басманный район

Однако трудно поверить, что в Москве было так много пекарей, делавших специальный хлеб, что они образовали особую слободу, да и не малую судя хотя бы по протяжению главной ее улицы – Старой Басманной или по количеству жителей в 1638 году здесь насчитывалось 64 двора, а в 1679 году – 113 дворов. К тому же дворцовые пекари жили совершенно в другом районе Москвы – на месте нынешнего Хлебного переулка. Поэтому более обоснованным представляется иное объяснение занятия здешних слобожан. Басмой на Руси называли тонкие листы металла с вытесненными, вычеканенным рельефным рисунком, применявшиеся для украшений. И в районе теперешней Старой Басманной, возможно жили ремесленники-басманники, которые и делали такие украшения т.е. «басмили». Басмой так же называлось послание с выдавленной на нем ханской печатью, и происхождение слова могло быть таким: сначала ханская «басма», потом вообще рельефные изображения, и возможно, что «басманом» назывался особый вид хлеба, на котором выдавливалось какое-либо клеймо.

Басманная слобода была одной из крупных дворцовых слобод Москвы, в 1638 году здесь считалось 64 двора, а к 1679 году их значилось уже 113. Ее центром являлась Сретенская церковь с пределом великомученика Никиты, известная с 1625 года. В 1722 году церковь значиться уже каменной, а через восемь лет – обветшавшей каменным строением. Но только спустя четверть века, в 1751 году было построено существующее ныне красивое барочное сооружение (Старая Басманная ул. 16). Считают, что оно включило в себя остатки прежней каменной церкви. Прекрасные формы «елизаветинского» барокко видны в ломанных крыше и главное, обрамлениях окон, ломаных сандриках и крепованных карнизах.

К концу XVII века Басманная слобода расширилась на север. Появилась новая улица, на которой не позднее 1695 года встала «новопостроенная» деревянная церковь Петра и Павла, небесных покровителей царя. Эта, территория находившаяся по соседству с Басманниками, называлась иначе – новой солдатской, или Капитанской, слободой, реже – Новой Басманной. Здесь указом царя были поселены военные, а с 1714 года в обеих Басманных слободах дозволено строить дворы купцам. Уже к 1702 году население района увеличилось более чем в двое – в приходе стало 114 дворов.

На территории района находилось несколько слобод, таких как: Лучникова слобода, Блинники, Колпачная, Хохловская, слобода Котельников, Огородная слобода, Барашевскя, Казенная слобода, слобода Кожевников и Сыромятников. В наше время название некоторых улиц напоминает о располагавших здесь слободах: Колпачный переулок, Хохловские переулки, переулок Огородная слобода, Барашевский переулок, Большой и Малый Казенные переулки, Верхняя, Нижняя, Новая Сыромятнические улицы, 1-й, 3-й, 4-й Сыромятнические переулки и Сыромятническая набережная и проезд.

Но пожалуй самой известной из московских слобод в этом районе была Немецкая слобода. Согласно царскому указу от 4 октября 1652 года, иноземцы, не принявшие православия, должны были покинуть престижные районы Москвы и образовать иноверческое поселение на месте, удаленном от центра города. Под Новонемецкую слободу правительство выделило пустующий участок правобережья Яузы, западнее Басманных слобод и южнее дворцового села Покровского . Место это уже в XVI веке было облюбовано обосновавшимися в Москве «немцами» - европейцами разных национальностей, попадавшими сюда пленниками, а также в качестве наемных специалистов. Народ их называл «немцами», как «немых», не понимавших русского языка, отсюда и произошло название слободы. Первая Немецкая слобода на этом месте исчезла в Смутное время, в 1610 году войска Лжедмитрия II разграбили и сожгли слободу, а ее обитатели разбежались, покинув свои дома, и еще долгое время на месте бывшей Немецкой слободы были только пустыри и поля с огородами. Пока в 1652 году не была заложена Новонемецкая слобода.

Русские прозвали московский иноземный пригород Кукуем, по имени протекавшего в этих местах ручья, приток реки Чечеры.

В середине XVII века этот участок на берегу Яузы действительно пустовал, и иностранцы, неохотно покидая насиженные места в городе, застраивали его деревянными домами. Деревянные дома иноземцев в центре города приказывали разбирать и переносить на новое место. Участки для построек отводились каждому по его личному состоянию, должности или промыслу.

Старейшей евангелической церковью в Новонемецкой слободе считалась кирха св. Михаила, существовавшая уже в 1576 года до разорения опричниками Старой Немецкой слободы. Кирха внешне мало чем отличалась от обычного дома.

В 1626 году московская лютеранская община разделилась на купеческую и офицерскую – «старая» церковь Михаила осталась за купцами. Их достаток, широкие возможности и обширные связи позволили уже а 1684-1685 годах выстроить каменную кирху. Кирха св. Михаила была первой каменной церковью на территории Новонемецкой слободы. Образовавшаяся офицерская община построила отдельную лютеранскую церковь, возобновленную в 1661 году на средства генерала Николая Баумана, одного из наиболее влиятельных людей слободы.

В конце 70-х годов XVII века иноземная слобода приобретает вид настоящего европейского городка с садами и даже набережной аллей. Это было так не похоже на внешний вид окрестных слобод. Цветники перед домами, небольшие фонтаны, многоцветная раскраска домов – многое вызывало непонимание и даже смех москвичей.

Конец XVII века стал расцветом слободы, многие обитатели которой нашли расположение у молодого царя Петра I. В 1694 году офицерская община вместо прежней деревянной начала возведение каменной кирхи. По преданию немцев

Петр I дал большую сумму на строительство, или по крайне мере присутствовал при ее закладке. В честь святого покровителя царя – апостола Петра – храм был и назван. Община этой церкви была более многочисленной, чем община св. Михаила. В нее входили послы из Пруссии, Дании и Швеции, обосновавшиеся в Москве.

Одновременно с возведением кирхи св. Петра велась постройка голландской реформаторской церкви. В 1629 году реформатам было разрешено выстроить за Белым городом, вблизи Поганого пруда, небольшую деревянную кирху. Позднее голландцы стали строить кирпичный храм и довели его до крыши. Однако официального разрешения получено не было, и, ссылаясь на это, в 1642 году русские власти приказали снести строение. Несмотря на это, в 1647 году реформатская церковь значится построенной.

В отличии от протестантов, католики в Москве, долгое время были стеснены в правах, католические службы проходили эпизодически, нередко лишь с приездом послов. В слободе католики часто молились вместе с протестантами - редкое примирение, осуществлявшееся лишь вдали от родины. Даже ревностный католик Патрик Гордон, полковник Бутырского полка и сподвижник молодого Петра I, венчался и крестил детей у реформатского пастора. Обосновавшись в Москве, Гордон приложил немало усилий для постройки костела. 5 мая 1687 года было освящена католическая палатка, в которой прошла служба.

Влиятельных католиков, служивших при особе царя, было много меньше, чем протестантов. Понимая это, полковник Патрик Гордон взял на себя основные заботы по строительству. Во время приготовления к Азовскому походу католические священники подали царю челобитную, в которой просили официального разрешения на строительство каменного костела. И лишь в 1698 году католики выстроили деревянную церковь. По записям австрийского посла, храм был очень тесным. Летом в 1706 году взамен деревянного храма был выстроен каменный, названный в честь св. апостолов Петра и Павла, небесных покровителей царя. Его возведение стало возможным лишь в то время, когда Петр I правил единовластно, а влияние русской православной церкви заметно ослабло. Костел стал четвертой и последней иноземной каменной церковью в Немецкой слободе.

Сентябрьский пожар 1812 года нанес страшный удар Немецкой слободе. Выгоревшим оказался практически весь район, включая католическую церковь и кирху св. Петра. После 1812 года на территории Немецкой слободы продолжала существовать лишь уцелевшая от пожара кирха св. Михаила и некоторое время – возобновленная холодная католическая церковь. Остальные общины стали покупать участки в других частях Москвы, более приближенных к центру города. Так, в 1817 году община кирхи св. Петра купила для возобновления храма земельный участок усадьбы Лопухиной недалеко от Покровки, в Космодамианском переулке. Вскоре и католики возобновили теплую церковь в Мясницкой части города.

Кирха св. Михаила простояла в Немецкой слободе вплоть до советского времени. Окрестную территорию запланировали под строительство аэрогидродинамического института (ЦАГИ). В 1928 году кирху закрыли, а вскоре церковь снесли. Была уничтожена старейшая в Москве евангелическая церковь, пережившая и Смуту, и пожар 1812 года. Немецкая слобода оказалась как бы обезглавленной. Ее имя напоминает сегодня о давней истории и о разрушенных традициях уникального московского района.