Велика наша страна, куда ни глянь места-то все какие красивые, одно другого краше. Леса, поля, речки и озера, холмы и овраги — все глаз радует. Но все же есть места особые, в которых сочетается красота природы и памятные места, связанные с историей нашего государства или с человеком, чье имя известно каждому.
21 сентября 1895 года у Есениных родился сын. Крестил его все тот же отец Иван Смирнов, он же и уговорил Аграфену Панкратьевну назвать младенца Сергеем. После рождения сына Татьяна еще три года жила в семье мужа, но вражда со свекровью не затихала, да и неприязнь к нелюбимому мужчине нарастала все сильней. В один из дней Татьяна не выдержала и с трехлетним ребенком ушла к своим родителям. Федор Андреевич и Наталья Евтеевна Титовы (дед и бабушка Есенина) взяли внука себе на воспитание, а дочь Татьяну отправили работать в Рязань, зарабатывать на себя и на ребенка.Дом Никиты Осиповича Есенина, был построен в 1871 году и имел два этажа, первый этаж использовался как подсобное помещение, а второй этаж был жилым. В нем и родился будущий поэт. Однако со временем этот дом обветшал и на его месте в 1909 Есенины построили новый дом меньшего размера. Музей здесь был открыт в 1965 году, а в 2000 году дом был восстановлен. Вот так при живых родителях Сергей стал сиротой. Знакомая Есенина по московской жизни Софья Виноградская, вспоминала в 1926 году со слов поэта: «Мать свою он в детстве принимал за чужую женщину, и, когда она приходила к деду, где жил Есенин, и плакалась на неудачи в семье, он утешал ее: «Ты чего плачешь? Тебя женихи не берут? Не плачь, мы тебе найдем жениха».
Из воспоминаний сестры поэта Екатерины (1905 — 1977 г.г.): «Мать пять лет не жила с нашим отцом, и Сергей все это время был на воспитании у дедушки и бабушки Натальи Евтеевны. Сергей, не видя матери и отца, привык считать себя сиротою, а подчас ему было обидней и больней, чем настоящему сироте. Бабушка Наталья Евтеевна часто кормила его потихоньку от снох, на всякий случай, чтобы не вызвать неприятности». В своей автобиографии поэт вспоминает «Бабушка любила меня изо всей мочи, и нежности ее не было границ. По субботам меня мыли, стригли ногти и гарным маслом гофрили голову, потому что ни один гребень не брал кудрявых волос. Но и масло мало помогало. Всегда я орал благим матом и даже теперь какое-то неприятное чувство имею к субботе. Бабушка Есенина знала множество песен, сказок и частушек, и, по признанию самого поэта, именно она давала «толчки» к написанию им первых стихов.
В доме деда с бабушкой проживали и дядьки Сергея, которые по всей видимости умом не отличались. Вот что пишет Есенин в автобиографии: «Дядья мои были ребята озорные и отчаянные. Трех с половиной лет они посадили меня на лошадь без седла и сразу пустили в галоп. Я помню, что очумел и очень крепко держался за холку. Потом меня учили плавать. Один дядя (дядя Саша) брал меня в лодку, отъезжал от берега, снимал с меня белье и, как щенка, бросал в воду. Я неумело и испуганно плескал руками, и, пока не захлебывался, он все кричал: «Эх, стерва! Ну куда ты годишься? Стерва - у него было слово ласкательное.»
В своих автобиографиях Есенин старался представить себя лидером (коноводом) деревенских мальчишек. Он писал о своей силе, ловкости, о драках со сверстниками, как удачливо ловил рыбу, лазил по деревьям к птичьим гнездам, как «обносил» огороды, играл в бабки, плавал за подстреленными утками. Из автобиографии Есенина: «Очень хорошо я был выучен лазить по деревьям. Из мальчишек со мной никто не мог тягаться. Многим, кому грачи в полдень после пахоты мешали спать, я снимал гнезда с берез, по гривеннику за штуку.» и далее «Среди мальчишек я всегда был коноводом и большим драчуном и ходил всегда в царапинах.» Однако за «маской» деревенского «супергероя» на самом деле скрывала легко ранимую душу и отнюдь не богатырское тело. В ранних стихах Есенин не раз проговаривался о своей не крестьянской хрупкости, о физической и душевной утонченности.
В разговорах он так же признавался, что из-за физической слабости ему часто приходилось в детстве терпеть неудачи. И. Розанову он как-то рассказал, что и дед и бабка «видели, что я слаб и тщедушен, но бабка меня хотела всячески уберечь, а он, напротив, закалить». Сверстник поэта Василий Ефремов вспоминает: «Был горяч, куда там… и все время драки затевал, ему же поэтому больше всех и доставалось». А однажды, после того как переплыл реку с двумя товарищами, Сергей долго сидел на песчаном откосе и отплевывался кровью, видимо, от переутомления. Ни каким он конечно «коноводом» не был, все это он придумал о себе в 1919 — 1920 годах, как некую маску. Не скандалистом и сорванцом рос мальчик Есенин, а скорее мечтателем. Мечтал о любви, тайне, дружбе. Эта мечтательность порой оборачивалась для него тяжким осознанием своего изгойства, и он сам начинал обвинять себя в этом.
Мать же Сергея долго судилась с отцом, требовала развода, но отец был не преклонен. Даже после того как узнал, что Татьяна прижила ребенка на стороне, отец все равно не дал развода. В общем после пятилетнего бунта Татьяна вернулась к мужу. Сергею пришлось вернуться в отцовский дом к другой бабушке и к женщине, которую надо было называть своей матерью. Из воспоминаний Екатерины Есениной: «Когда Сергей вернулся с матерью в наш строгий и угрюмый дом, где хозяйствовала другая бабушка и другая сноха (жена нашего дяди по отцу), он до смерти бабушки Аграфены не мог привыкнуть к нашему дому и часто из школы уходил к Титовым».
Большую роль в жизни Есенина сыграл священник Иван Смирнов, который венчал родителей поэта, крестил его самого, преподавал в школе, где учился Сергей. После окончания школы настоял, чтобы Сергея отправили учиться дальше: «Учиться Сереже надо дальше, учиться. Мальчик способный!» Через много лет священник Иван Смирнов служил панихиду по рабу Божию Сергею, потому что отец Иван так и не поверил в то, что крещенный им его ученик наложил на себя руки.
Учебный день в школе начинался с «Отче наш». Закон Божий преподавал священник Иван Смирнов. Учился Есенин хорошо и несмотря на то, что однажды за баловство оставили на второй год, закончил сельскую школу с похвальным листом. После окончания сельской школы Сергей поступил в Спас-Клепиковскую учительскую школу. Есенин и здесь учился хорошо, и учителя поручили ему проверять уроки у всех лодырей, которых оставляли без обеда за не сделанные домашние задания. Естественно, что такое возвышение над ними своего однокашника лодырям не нравилось, и на этой почве частенько возникали драки. Учитель литературы Е. М. Хитров вспоминал, что Есенин отличался «нежностью своего характера», «у него первого заблестят от слез глаза в печальных местах, он первый расхохочется при смешном». В этой же земской школе учился и отец поэта Александр Никитич Есенин. К сожалению школа не сохранилась до наших дней, восстановлена она была в 1994 и вскоре в ней был организована музейная экспозиция.
Летом Сергей плел младшей сестре Шуре (1911 — 1981 г.г.) платья из цветов, разных фасонов шляпы, приносил ее домой всю в луговых цветах. Ходил к Поповым играть в крокет, либо на берег Оки – созерцать бескрайнюю ширь лугов, черную кромку леса, голубую, отражающую небо и облака, извилистую ленту реки. Любил прогуляться по деревне, одевшись в свой хороший, хотя и единственный костюм. Стеснялся сестры Кати, когда она в потрепанном пальтишке прибегала к Поповым поглядеть на чудную игру в крокет.
– Посмотри, на кого ты похожа, сейчас же иди домой, – тихо, чтобы не слышал никто вокруг, говорил он огорченной сестренке.
Была в нем эта неприятная черта: стеснялся своих родных, когда они появлялись в «интеллигентном» обществе на вечерах у священника Ивана Смирнова, где молодежь порой ставила простенькие пьесы или разыгрывала музыкальные концерты. Однажды мать с дочерью Катей в тайне от него проникли на представление. Сергей увидел их и досадливо нахмурился.
– Уходите сейчас же, а иначе я уйду! – И настоял на своем.
В селе Константиново жила молодая помещица Лидия Кашина. Каждое лето она приезжала отдыхать в село с детьми, но без мужа. Есенин познакомился с Лидией Ивановной через своего односельчанина Тимошу Данилина в мае 1916 года. К тому времени Сергей Есенин был автором своего первого поэтического сборника «Радуница». Она интересовалась его творчеством, просила почитать стихи. Не смотря на то, что Лидия Ивановна была старше его на десять лет, Есенин испытывал к ней чувства более глубокие, нежели почтительные или уважительные.
После революции крестьяне хотели сжечь усадьбу Кашиной, но вмешательство Сергея Есенина остановило их, и дом с мезонином был сохранен. Однако его владелице пришлось покинуть Консантиново и переселиться сначала в усадьбу в Бером Яру, а когда и ее отобрали, переехать в Москву. В Москве Есенин и Кашина еще не раз встречались, и Есенин даже какое-то время жил в доме Лидии Ивановны. Отношения их прекратились в 1919 году после ее неудачной попытки остановить поэта от пьянства.
Жена Сергея Есенина Софья Толстая записала, что Есенин «перестал у неё бывать, так как стал пить, а она не принимала его таким». Разлука Сергея Есенина с Лидией Кашиной звучит в его поэме «Анна Снегина», как разлука поэта с юностью, разлука с самым чистым и святым, что бывает у человека в юности, на заре его жизни. А в селе Константиново, бывшем доме Кашиных, в 1969 году была открыта литературная экспозиция. В 1995 году к 100-летию со дня рождения поэта в комнатах дома разместились экспозиции музея одной есенинской поэмы – «Анна Снегина».
Адрес
Есенинский парк, село Константиново, Кузьминское сельское поселение, Рыбновский район, Рязанская область