И эти меры, скорее всего были оправданы, ведь недаром в культуре почти всех народов с древнейших времен существовало почитание мест захоронения предков. Часто можно услышать рассказы об ужасных несчастьях, обрушившихся на «разорителей кладбища», о сильных суицидальных тенденциях существующих в домах, построенных на месте некрополей.

Однако в 30-е годы ХХ века никого особо не интересовали религиозно-этические аспекты такой застройки. Поэтому, когда было принято решение о расширении территории авиамоторного завода им. Фрунзе, который находился неподалеку от станции метро Семеновская, за счет территории местного кладбища, никому и в голову не могло прийти приглашать священника для отпеваний и прочей «религиозной чепухи». Могилы сравняли с землей и построили большой испытательный цех. Именно в нем и начались непонятные события: здесь рабочие мотористы неоднократно видели привидений, и были столь этим запуганы, что отказывались дежурить по ночам и участвовать в испытаниях новых моторов.

Поверить в призраков в эпоху материалистического мировоззрения не могли ни заводское начальство, ни чекисты. Единственное рациональное объяснение этим явлением могло быть только такое: на территории завода действует группа вредителей, которые переодевшись и загримировавшись «под призраков» пытаются таким образом сорвать работу завода, в частности – испытание новых моторов. А это уже не шутки! Было даже возбуждено уголовное дело о контрреволюционной деятельности. Выставленная вокруг цеха охрана никого не видела – каким образом «вредителям» удавалось проникнуть в цех и исчезнуть из него, оставалось неизвестным.

Для того, чтобы разобраться и вывести вредителей на чистую воду, чекисты решили привлечь одной из рабочих – Ивана Сергеевича Храпова, когда-то служившего в ЧК. Он был известен как коммунист, атеист, обладающий крепкими нервами и не склонный ни к какой мистике. Так весной 1941 года началась «охота за привидениями». Храпова перевели на работу в испытательный цех. Он, ничуть не страшась, ходил по цеху, знакомился с его работой и никакие призраки, словно испугавшись, до поры до времени не появлялись.

И вот в начале мая, для испытаний поступила партия новых моторов. Во время первой же смены у одного из стендов раздался крик дежурного моториста – когда подоспел Храпов, тот, смертельно напуганный, рассказал, что стоило включить новый мотор – как появился призрак и начал душить его. Храпов обыскал весь цех, но никого найти не удалось. У стендов с новыми моторами привидение начало появляться с завидной регулярностью, но каждый раз, Храпов, подбежав, уже не заставал «вредителя», поиски же ничего не давали.

Для того, чтобы увидеть и как-то осмыслить это явление, Храпов попросил начальника цеха временно испытывать моторы только на одном стенде. Как-то ночью Иван Сергеевич сидел погруженный в свои мысли, когда страшный грохот работавшего рядом мотора внезапно затих. Храпов повернулся к находившемуся у приборной панели мотористу и не поверил своим глазам: он отчетливо увидел полупрозрачную человеческую фигуру с развевающимися волосами, которую моторист пытался оттолкнуть от себя. Иван Сергеевич бросился на помощь, но призрак растворился в воздухе.

Наутро Храпов рассказал об увиденном, приехавшему на завод чекисту. Как относиться к этому рассказу? Сомневаться в словах надежного человека, настоящего коммуниста, не пристало, но не поверить же в привидения! Чекист заверил, что к расследованию подключатся некие специалисты, которым под силу распутать этот странный клубок. Однако это расследование так и не было доведено до конца – помешала война, во время которой завод был эвакуирован в Куйбышев, где аномальных явлений на нем не наблюдалось.

В настоящее время там располагается завод «Салют», и данных о привидениях на нем нет. Так же как нет объяснений и почему «гостей с того света» так беспокоили именно новые моторы. Ясно одно – не зря с местами захоронений связано столько всевозможных «табу», и постройки «на костях» часто несут негативную энергетику, а порой и необъяснимые явления…