Представьте: вы чудесным образом оказались в Москве образца 1575 года и стоите под стенами Кремля. Что вы видите? Неприступную крепость, окруженную широченным рвом. Правда, воды в нем нет, зато есть львы! Всего парочка – подарок английской королевы Марии Тюдор нашему Ивану Грозному. Гуляют рядом с нынешними Воскресенскими воротами – для «охраны и устрашения». А по соседству, тоже во рву, сидит дар персидского шаха Тахмаспа I — слон: «толстотелесен, великоглав, черновиден, задопокляп, ступанием медведоподобен»… Леопардов заказывали?
А завел эту «барскую привычку» китайский император еще в XII веке до н.э. По его приказу между Пекином и Нанкином был разбит так называемый «Сад знаний», где на площади 400 га разместились многочисленные животные и птицы. Но доступ в этот «уголок» дикой природы имел только сам император, его семья и приближенные.
Ассирийские зоосады, появившиеся в IX веке до н.э., также могли посещать лишь члены правящей фамилии. «Ассортимент» зверей, в них представленных, целиком и полностью зависел от личных вкусов царя или царицы. Так для Шаммурамат (более известной, как Семирамида) по всей стране ловили леопардов, для ее сына – львов, а когда в VII в. до н.э. на престол вошел Ашшурбанапал, в зоопарк принялись сгонять верблюдов.
Что до Европы, то, наверное, одним из первых отлов диких зверей начал Александр Македонский. Из каждой завоеванной страны он отправлял животных своему учителю Аристотелю. А тот изучал их повадки и анатомию. Исследовательский интерес к представителям фауны, пожалуй, только Аристотель тогда и испытывал. Хотя нет, еще был Гиппократ: отец медицины испытывал на зверях лекарства…
Дикие гладиаторы
Потом был Древний Рим – большой любитель развлечений и зрелищ: помимо гладиаторов на арене Колизея сражались львы, носороги, крокодилы, леопарды, медведи и слоны. Звероловы по всему миру добывали хищных животных: и те, кого природа определила быть хозяевами джунглей, повелителями саван и пустынь, королями болот и рек, в Риме гибли десятками тысяч – на потеху публике. Все эти кровавые ристалища, это варварское истребление диких животных привели к тому, что в Риме было сооружено некое подобие зоопарка. Для содержания хищных «гладиаторов» построили многочисленные клетки с выгулами, за их рационом внимательно следили, как и за состоянием здоровья: ведь зрителям были неинтересны «полудохлые» львы, леопарды и прочие «бойцы»…
С легкой руки императора Августа – в самом конце I века до н.э. – среди римской знати появилась мода на зверинцы. Сам император крупно потратился, обустраивая жилище для 3500 животных. Зато по его владениям свободно разгуливали 420 тигров, 260 львов вперемешку с медведями, крокодилами и слонами. Августа перещеголял император Траян, правивший на рубеже I и II вв. н.э.: в его личной коллекции находилось 11000 животных. Подданные постарались не упасть в грязь лицом. И очень скоро в Риме появилось столько частных зверинцев, что пришлось вводить особый налог на львов и леопардов. А еще появился закон, по которому за ущерб, нанесенный диким зверям, полагается платить больше, чем за такой же урон, причиненный домашним животным. Как ни странно, его до сих пор никто не отменил…
Служебные квартиры для смотрителей
Но все это были зверинцы – для особ королевской крови, для знатных горожан, словом для тех, у кого были деньги. Наблюдений за животными никто не вел, повадок и привычек не изучал, а потому умирали звери – даже в золотых клетках – без счета. Владельцы не особо переживали: добра этого в лесах полно – наловим новых!
Потому тем более странно, что ближе всех к зоопарку – в том виде, в каком мы с вами его теперь знаем, — приблизился последний император ацтеков, известных своими кровавыми жертвоприношениями. Речь, конечно же, о Монтесуме. Даже Кортес, явившийся воевать с дикарями, был впечатлен: «Большая часть территории у дворца императора Монтесумы с прудами, лесами и домами была предназначена для диких и полудиких животных. Множество проходов с колоннами из яшмы вели к саду, центром которого были 10-12 больших озер, предназначенных для содержания водоплавающих птиц, крокодилов и рыб. Для морских птиц там были пруды с соленой водой, для речных — с пресной. Все было чистым и в хорошем состоянии».
За императорской животностью ходили 300 человек, которые жили там же, в зоопарке – в «служебных квартирах». Нетрудно догадаться, что зоосад разделил печальную судьбу самих ацтеков, их городов и дворцов: превратился в руины…
Живые подарки
В средние века хорошим тоном между государями стало обмениваться дикими животными – в знак уважения и дружеского расположения. Мы и начали наш рассказ с Марии Тюдор, презентовавшей Ивану Грозному львов.
Охотно принимал «живые» подарки и Алексей Михайлович. Больше того, по его приказу в 1663 году в подмосковном селе Измайлово был построен самый большой русский зверинец. Там поселились лоси, кабаны, волки, бурые медведи, лисицы, дикобразы, разные олени, а еще львы и тигры, барсы и рыси. Он просуществовал до 1765 года, а потом лишился статуса царской усадьбы. Но животные там еще оставались довольно долго: последних обитателей зверинца уничтожили уже французы — в 1812 году.
Российские императоры тяготели к «крупным» формам и «коллекционировали» слонов. Для содержания последних на Фонтанке соорудили «Слоновый двор» — довольно просторный и комфортный. Но животным требовался променад. Потому их регулярно выводили погулять – прямо на улицы города.
Страус за 24 копейки
Байки и небылицы о слоновьих променадах бередили душу простого народа. А ведь были еще и другие диковинные двери, сокрытые в зверинцах знати! Имя первого человека, додумавшегося предложить «удовольствие богачей» обычным людям, история не сохранила. Но бродячие зверинцы появились во всех уголках Европы в конце XVIII в. В России же, начиная с XIX в., ни одна ярмарка, народное празднество и гулянье не обходилось без такого «аттракциона», как показ зверей за деньги. В Москве, например, демонстрировали африканского страуса. За право посмотреть на заморскую птичку с купцов брали 24 копейки. Стоимость посещения для менее обеспеченных посетителей оценивалась на глаз…
Но все это было только развлечение, затеянное из соображений престижа или дохода. Зверей и птиц можно было дразнить, бросать в них камни или тыкать палками. Любой желающий мог потребовать смотрителя выгнать животное из убежища или разбудить, чтобы как следует рассмотреть. Понятно, что звери в зверинцах долго не задерживались и погибали. В итоге образованная общественность начала восставать против подобных заведений. Громче всех раздавался голос Карла Хагенбека — торговца животными и дрессировщика из Германии. В 1875 году он решился «показать животных в условиях максимальной свободы на площадке, уподобленной естественным условиям, и без ограды». Из его зверинца в Гамбурге постепенно вырос полноценный зоопарк, который сегодня так и называется: «Зоопарк Хагенбека». Он был открыт 7 мая 1907 года и стал первым в мире зоопарком, в котором для животных были воссозданы природные условия их обитания — деревья, скалы и водоемы. Это была настоящая революция, которая перманентно прокатилась по всей Европе.
Сегодня насчитывается около 850 зоопарков, в которых животных холят и лелеют, занимаются их изучением, спасают от исчезновения редкие виды. Любой желающий может внести свою лепту в дело спасения окружающей среды просто «оформив» опеку над каким-нибудь зверем – и это будет престижно. Животные в зоопарках зачастую становятся «звездами», за их жизнью пристально следят газетчики, а такое событие, как рождение детенышей у тигров или панд тут же попадает на первые полосы. Все изменилось. Но на это ушло почти 5000 лет…