Даниловский район Москвы был назван в честь села Даниловского (Даниловской слободы). Это село располагалось в пяти верстах от Боровицкого холма вниз по течению Москвы-реки. В этом месте в Москву-реку впадала небольшая речка, известная с 16 века как Даниловка. Согласно данным археологических раскопок, уже в 10-11 веках на обоих берегах реки существовала славянская колония. Село Даниловское появилось здесь приблизительно в 14 веке. В документах середины 15 века встречается первое упоминание об этом населенном пункте под Москвой – одном из самых ближайших пригородов, которыми владели московские наместники.
В документах 1715-1716 годах содержится описание монастырского хозяйства. На тот момент при монастыре был скотный двор, двор священника кремлёвского Благовещенского собора, а также дворы монастырского слуги, конюха и плотника, где проживало в общей сложности 15 человек. Рядом с монастырским подворьем стояло село Даниловское с церковью Воскресения Христова. Вблизи церкви располагались три двора священнослужителей и двор прядильщика канатного завода, основанного неподалеку от стен монастыря в 1710 году по указу царя Петра I. На дворе прядильщика проживало 18 человек, а в селе насчитывалось 9 крестьянских дворов с населением в 53 человека и 14 бобыльских дворов с населением 58 человек. Кроме того на монастырских землях стояло еще несколько дворов людей прочих чинов, численность населения которых точно неизвестна.
На плане Москвы 1735 года между Даниловым монастырем и Спасской заставой были отмечены кирпичные заводы. Вдоль берегов реки Даниловки также тянулись кирпичные заводы и живодерные дворы.
После секуляризации, которая была осуществлена в 1764 году, владения Даниловского монастыря перешли в ведение Коллегии экономии. По преданию в далеком прошлом неподалеку от монастыря располагалось самое древнее в Москве иноверческое кладбище, надгробия которого использовали для строительства монастырских стен.
Во время эпидемии чумы 1771 года рядом с Даниловым монастырем было устроено еще одно кладбище. Здесь хоронили и тех, кто умер в карантине, и тела, которые собрали в ближайших окрестностях. В декабре 1772 года на этом кладбище освятили деревянную церковь в честь священномучеников Херсонских. В период с 1829 по 1838 годы на средства московского благотворителя С.Л. Лепешкина на кладбище построили каменную церковь Сошествия Святого Духа с приделом мучеников Херсонских и Успения Анны. В начале 20 века этот храм расширили и заново отделали.
В 1785 году пустующие территории вокруг Данилова монастыря передали Москве под жилую застройку, но официально в черту города Даниловская слобода не вошла. В 1797 году село Даниловское перешло в ведение Коломенского приказа Удельного ведомства. В 1816 году в селе проживало 33 души мужского пола и 41 женского. В 1859 году здесь работал завод, имелось церковно-приходское училище и богадельня.
Очень живописно описал Даниловскую местность начала 19 века Н.М. Карамзин в своей повести "Бедная Лиза", хотя, на тот момент это уже была промышленная окраина Москвы с большим количеством частных заводов и фабрик. В 1870 году крестьяне Даниловского из своих владений продали огороднику Одинокову 5 десятин земли за 4 000 рублей, и за эти деньги выкупили у казны свою общинную землю. Став владельцами земли, они начали ее распродавать и сдавать в аренду под постройки. В 1870 году 14,5 десятин земли приобрел купец 1-й гильдии В.Е. Мещерин, у которого еще раньше здесь были открыты бумагопрядильная, ткацкая и ситценабивная фабрики (Даниловская мануфактура). Число предприятий вокруг Даниловского возрастало, вскоре здесь появились бумагокрасильная фабрика, 2 завода (клеевой и мыльный), сенной склад, обойная фабрика, чесальная и шерстепрядильная фабрики, кожевенный завод и прочее. В 1911 году на Даниловской мануфактуре работало 5 310 человек.
В 1899 году в селе проживало 1 293 человека и насчитывалось 95 изб. Жители Даниловского занимались огородничеством, торговлей, работали по найму.
Интенсивная распродажа земли привела к тому, что в 1900 годах в Даниловском крестьянском обществе осталось всего трое членов, которые ходатайствовали о роспуске общества.
В начале 1901 года село Даниловское превратилось в Даниловскую слободу, и часть территории по левую сторону Серпуховского шоссе отошла к городу. Пригород все больше распространялся на уездные земли. Вместо деревни Нижние Котлы возникла фабричная Нижнекотловская слободка. В районе Михайловской и Скотопрогонной улиц образовался район мелкой и средней застройки.
Даниловская слобода конца 19-начала 20 столетия оставалась неблагоустроенной окраиной. В 1897 году земство устроило здесь уличное освещение, но спустя десять лет фонари убрали. Часть улиц была замощена, но качество булыжного покрытия было низким, и в дождливые дни эти улицы становились труднопроходимыми. Водопровода не было, и жители слободы пользовались колодцами. Поскольку поблизости располагалось кладбище, а нечистоты сливались в близлежащие овраги, но вода в колодцах не отличалась чистотой. При Даниловской мануфактуре работала больница на 82 койки, но лечиться здесь могли только работники фабрики, а уровень медицинского обслуживания был низким.
В 1905-1906 годах Даниловская слобода, Даниловская мануфактура и все остальные местные фабрики, административно остались в составе Московского уезда, а в полицейском отношении перешли в ведение городской полиции. В 1910 году Даниловская слобода официально вошла в состав Москвы.
Вокруг Данилова монастыря располагались стрелецкие слободы. Одна из них своим центром имела церковь Николая Чудотворца, первое упоминание о которой встречается в 1635 году, а в 1715 году она уже была каменной.
В западной части стен Даниловской обители располагалась Хавская слобода. Она ограничивалась нынешними Серпуховским валом и улицей Лестева. Что означало название этой слободы и чем занимались ее жители точно неизвестно.
Еще одна слобода, находившаяся на территории современного Даниловского района – Кожевники. Населяли ее кожевенники, слобода тянулась по пологому правому берегу Москвы-реки, вниз по течению от города, чтобы отходы производства не загрязняли воды реки.
В 1547 году в Кожевенной слободе насчитывался 51 двор, а в 1653 году – 74 двора. На то время в Москве работало около 200 кожевников, из них приблизительно 140 работали сапожниками. Кроме того, кожевники шили рукавицы, изготовляли различные виды конской сбруи. Седла, изготовленные в Москве, высоко ценили на Востоке, а для Крымских покупателей делали специальные "крымские" седла. Слобода существовала до начала 18 века, но и в последующие годы из 13 московских кожевенных заводов 11 находились на ее территории. В Кожевниках было две приходских церкви: Успенская и Троицкая. Троицкая церковь известна с 1625 года, она существует и в наши дни. Успенская церковь располагалась на берегу Москвы-реки, на подступах к нынешнему Новоспасскому мосту.
И еще она слобода, некогда существовавшая на территории Даниловского района – Симонова слобода, выросшая вблизи Симонова монастыря, который был основан во второй половине 14 века на высоком левом берегу Москвы-реки. Этот монастырь основал племянник Сергия Радонежского Федор (в миру Иван). Место для монастыря ему посоветовал князь Дмитрий Донской. Обитель построили на высоком холме. Внизу простирались заливные луга, и это была очень удачная позиция для наблюдения за Москвой-рекой и Коломенской дорогой, ведущей к Кремлю.
С момента своего возникновения Симонов монастырь находился под особым покровительством великого московского князя и бояр. Основатель монастыря игумен Федор был лицом, приближенным к великому князю и несколько раз его направляли с дипломатической миссией в Литву и Константинополь. В Константинополе он сумел добиться ставропигии для Симонова монастыря (подчинение лично патриарху). В церковной сфере монастырь имел не меньшее влияние и авторитет, и игумен Федор, и последующие руководители обители Кирилл и Ферапонт после смерти были причислены к лику святых.
Изначально Симонов монастырь был основан на месте нынешней церкви Рождества Богородицы в Старом Симонове. Но затем, спустя несколько лет, обитель перенесли на четверть версты севернее. По легенде новое место выбрал сам Дмитрий Донской, так как оно очень подходило для защиты подступов к Москве.
С этой местностью связана еще одна легенда. Считается, что эти земля, на которой построили монастырь, принадлежала князю Стефану Васильевичу Ховрину, личности больше легендарной, чем реальной. Ховрин прибыл в Москву в конце 14 века, получил земельный участок и отдал его под строительство монастыря. Спустя некоторое время князь сам постригся в этом монастыре под именем Симон, что и дало название местности. Первые документальные сведения об обители относятся к 15-16 векам, а Симоново урочище упоминается уже после основания монастыря.
В 1379 году в монастыре заложили каменный собор Мления Пресвятой Богородицы. В 1405 году храм освятили. По великолепию отделки он считался единственным подобным в Москве.
Первоначальный монастырский комплекс продолжал действовать как Симоновский старый монастырь. Некоторое время он был зависимым от нового монастыря, а при Иване Грозном существовал самостоятельно. В старом монастыре хоронили иноков новой Симоновой обители. Считается, что в 1380 году здесь похоронили герои Куликовской битвы Александр Пересвет и Родион Ослябя. Также здесь жили старцы-молчальники, а в 18 веке храм Рождества Богородицы стал приходским.
В свои молодые годы в хлебне Симонова монастыря работал святой Иона, который затем стал первым митрополитом, которого назначили без согласия константинопольского патриарха. В стенах этой обители начинало свой путь несколько митрополитов московских и всея Руси, а также патриархов.
На протяжении нескольких веков своего существования Симонов монастырь стал одним из самых крупных землевладельцев в России. В 1764 году ему принадлежало 12 000 крестьян, несколько мелких монастырей и пустыней. После секуляризации все владения отошли государству, а обители остались только лишь луг под горою, Сергиев пруд и покосы за Тюфелевой рощей.
В 1771 году, когда Москву охватила страшная эпидемия чумы, в Симоновом монастыре устроили карантин. Часть монахов перевели в Ново-Спасский монастырь, а из оставшихся после эпидемии почти никто не выжил. В 1788 году по приказу императрицы Екатерины II здесь был официально учрежден госпиталь. В 1795 году Симонов монастырь вновь стал действующим, но утвердиться в прежнем положении ему не удалось. Постепенно обитель приходила в упадок, и в 1923 году была окончательно закрыта.
С 1923 по 1930 в бывшей трапезной работал музей, а остальные помещения отдали под заселение рабочим Симоновской слободы. Всего сюда переселилось 300 семей. Несколько монастырских церквей по-прежнему оставались действующими. В конце 20-начале 30 годов 20 века на территории бывшего монастыря работал известный архитектор и реставратор П.Д. Барановский, который хотел создать здесь филиал Исторического музея — Музея военно-крепостной обороны. Но новая власть планомерно уничтожала старинные святыни. Последнюю действующую церковь закрыли в 1929 году. Древний некрополь, существовавший при монастыре, снесли еще раньше, в 1928 году, а вместо него разбили сквер. Из всех существовавших могил были перенесены только останки С.Т. Аксакова с сыном Константином и Д.В. Веневитинова, их перенесли на Новодевичье кладбище. В 1930 году взорвали несколько монастырских храмов и башен, а затем остатки строений постепенно разобрали, а на этом месте построили Дворец культуры Пролетарского района (ЗИЛа) по проекту архитекторов братьев Весниных.
Практически сразу же после основания монастыря в его окрестностях возникла подмонастырская слободка, протянувшаяся между старыми и новыми монастырями. Впервые слобода упоминается в 30-40-е годы 16 века как сельцо Коровье.
По сведениям, указанным в жалованной грамоте 1543 года в сельце Коровьем жили монастырские крестьяне, кузнецы, конюхи, посошники, повара, сапожники и прочие служебники. Здесь стояло 37 дворов. В середине 16 века сельцо было приписано к посаду, и его жители должны были платить различные государственные подати. Эти повинности были достаточно тяжелыми, и постепенно село стало приходить в упадок. В 1565 году здесь было всего 22 двора.
Когда в 1565 году была введена опричнина, Симонова слобода отошла от посада, и получила от Ивана Грозного грамоту, освобождавшую жителей Коровничьего (второе название села) от основных налогов: дани, пищальных денег, городового дела, посошных служб, поставки подвод и других.
В годы Великой Смуты Симонов монастырь и слобода были разорены, как и многие земли. Несмотря на то, что от главных налогов жители села были освобождены, некоторые тяжкие повинности им все же приходилось выполнять. Главным из таких трудных обязанностей было выделение дворов для постоя ратных людей. Так, в 1648 году в Коровьем стояли драгуны, нанесшие большой ущерб хозяйству местных жителей. Тем не менее, село постепенно восстанавливалось, и в 1704 году здесь насчитывалось 77 дворов с 182 жителями. Когда после секуляризации 1764 года, когда слобода перешла в ведении Коллегии экономии, в документах отмечалось, что жители ее живут зажиточно и имеют хороший заработок в Москве.
Но с упадком монастыря, начинает сокращаться и население слободы. Немалую роль в этом сыграла и эпидемия чумы 1771 года. Еще в 1742 году, когда был построен Камер-Коллежский вал, село оказалось на границе городской черты, где возникла Симоновская застава. Но официально и Симонов монастырь и прилегающая слобода оставались пригородом и жили сельской жизнью.
В 1735 году на Симоновском валу построили Гранатный двор. Это было прямоугольное сооружение с укрепленными бастионами по углам. В центре его располагались шесть погребов, в которых до 1917 года хранили порох. В 1806 году Камер-Коллежский вал стал полицейской границей Москвы, и Симонова слобода вместе с монастырем была включена в Таганскую часть.
В начале 19 столетия окрестности Симонова монастыря стали очень популярным местом загородных прогулок. Немалую роль в этом сыграла уже упоминавшаяся повесть Карамзина "Бедная Лиза". Именно здесь, за Симоновской заставой находился Сергиев пруд. По легенде, в его устройстве принимал участие сам Сергий радонежский. Местные жители считали воду пруда целебной. Карамзин, часто прогуливавшийся по здешним местам, в этом пруду "утопил" героиню своей нашумевшей повести. Так, местность приобрела романтический ореол. Здесь гуляло множество влюбленных пар, пруд переименовали в Лизин, а также появились такие названия как Лизина площадь, Лизин тупик, железнодорожная станция Лизино. Шло время, постепенно Лизин пруд засыпали, и окончательно он исчез в 1932 году. В наши дни на его месте стоит административное здание завода Динамо.
Поблизости располагалось еще одно популярное место загородного отдыха москвичей – Тюфелева роща. Сейчас на ее месте находится автозавод имени И.А. Лихачева, а в далеком прошлом эта заповедная сосновая роща принадлежала великим московским князьям. За рощей вдоль Москвы-реки тянулась цепочка озер, принадлежавших Симонову монастырю. Во времена царя Алексея Михайловича Тюфелева роща была местом царской охоты, и в ней стоял маленький охотничий домик. В 1797 году часть рощи и земли, секуляризованные у Симонова монастыря, назывались Тюхольской дачей. Их отдали в собственность архитектору Н.А. Львову, который открыл здесь опытную землебитную школу. Вторая половина рощи принадлежала Цельному ведомству и жителям деревень Кожухово и Дубровка. Львов построил здесь большую землебитную усадьбу, и некоторые строения сохранились до 1930 годов. После смерти архитектора владельцами земель были разные люди, а в начале 19 века территорию застроили летними дачами. Но дачи существовали в этой местности недолго, постепенно здесь появляется все больше промышленных предприятий, и Симонова слобода превращается в рабочий поселок Симоновку.
В 1891-1893 годах вблизи Симонова монастыря была построена товарная станция Симоново, а также появились нефтяные и керосиновые склады обществ Нобель и Ока. В 1892 году бывшее имение Львова приобрел П.П. Дервиз, сын железнодорожного магната П.Г. Дервиза. Здесь он разместил склады Восточного общества, склады Русского для внешней торговли банка, котельный завод инженера А.В. Бари.
В 1899 году на территории современного Даниловского района был построен электромеханический завод, известный с 1913 года как завод Динамо. В 1916 году появилось еще одно предприятие – автопроизводство, которое стало в дальнейшем основой знаменитого завода имени Лихачева.
Для такого множества предприятий нужны были хорошие подъездные пути. П.П. Дервиз построил Лизинскую промышленную железнодорожную ветку. В 1903-1908 годах через Трюфелеву рощу прошла ветка Окружной железной дороги со станцией Кожухово. Также через Москву-реку был построен трёхпролетный Алексеевский мост, названный в честь наследника цесаревича Алексея Николаевича. Так, к 1930 году Тюфелева роща была почти уничтожена, а затем ее окончательно поглотил расширяющийся завод ЗИЛ.
В начале 20 века Тюфелева роща была местом сходок революционеров, в которых принимали активное участие рабочие местных предприятий. После расстрела демонстрации 1905 года в Петербурге, здесь начались забастовки. В конце года власть перешла к районному Совету, избранному рабочими, и в 1906 году власти включили "Симоновскую республику" в одноименную городскую полицейскую часть. В нее вошли: Кожухово, Малая Симоновская слободка (в районе Лизиного пруда), Лизина слободка (в районе Автозаводской площади), Тюфелева роща с заводами. Окончательно все эти территории нынешнего Даниловского района вошли в 1917 году.
Сейчас Даниловский район продолжает оставаться крупным промышленным центром Москвы. Здесь работают такие предприятия как ЗИЛ, "Новая Заря", "Гознак" и прочие. На территории района располагаются станции метро Тульская и Автозаводская.
В числе самых известных достопримечательностей района: храм Рождества Пресвятой Богородицы в Старом, храм Троицы Живоначальной в Кожевниках, храм Воскресения Словущего в Даниловской слободе, Тихвинской Иконы Божией Матери бывшего Симонова монастыря, а также Свято-Данилов мужской ставропигиальный монастырь.
© По материалам книги Аверьянова К.А. «История московских районов»